Но самое худшее, было в другом. Каждую ночь, происходили нападения на стан викингов. Отдохнуть нормально, они не имели возможности. Их нередко, атаковали даже днем на марше. В чаще – били из-за засек, деревьев и кустов. Заваливали деревья. А в поле – налетали черные всадники. Даже отойти по нужде в сторону, становилось рискованно. И хотя вестфольдинги, были очень закаленные и сильные мужи. И отличные следопыты. Могли часами, в полном вооружении бежать волчьей рысью – однако догнать на равнине легкого конника, обычно нереально. А устраивать преследование в чужих лесах – получалось весьма накладно. Воины часто попадали в ловушки. И хотя иногда, они все же догоняли и ловили проклятых недругов, но это был невыгодный размен. Потому что и сами северные находники, загоняя врагов – обязательно подвергались нападениям, от возникающих ниоткуда в незнакомых дебрях, новых противников. И теряли много своих бойцов.
На восьмой день похода, оставшиеся шесть драккаров норегов, были опять ночью атакованы большой флотилией русов – и окончательно сожжены. Благо, почти все оставшиеся оружие и доспехи – викинги давно держали при себе. Чтобы быть постоянно готовыми, отразить нападение. Хотя отбиваться – становилось все сложнее. По крайней мере, отвечать на обстрелы – норманны почти перестали. Ядра для пращей, сулицы и стрелы для луков – у них практически закончились. Много запасенных стрел (а также дротиков и щитов) сгорело на кораблях. А прилетающие от степняков, для использования не годились...
Наконец, довольно обессиленное, лишившееся значительной части вооружения и понесшее очень чувствительные потери войско конунгов, подошло к Вышгороду. Крепость находилась на холме, высоком правом берегу Днепра. Туда же, вел удобный перевоз – прочный плавучий мост, состоявший из крепких и широких плотов. Имелся и вместительный канатный паром. Правда сейчас, половины этой переправы не существовало – звенья, примыкавшие к левобережью, были отогнаны к середине реки. На которой, виднелись многочисленные лодьи русов. А напротив широкого и удобного берега Славуты, расположилась дружина владетеля Кенугарда Алексия. На вид, насчитывающая до шести тысяч ратников. Неподалеку от нее, кружились еще тысячи полторы легких всадников – добротно экипированных тюрок. Каких-то плохо вооруженных и неодоспешеных ополченцев – тут вообще не было...
Харальд, вместе с другими конунгами, мрачно обозревал сложившуюся обстановку. Викингов, осталось, немногим более двух тысяч двухсот бойцов, не считая серьезно раненных воинов, которых тащили на волокушах товарищи. После свалившихся напастей и последовавших в походе неудач, все подспудно ощущали, что их не ждет ничего хорошо. Однако, представшая перед ними картина, дала вестфольдингам ясно понять, что предстоящая битва будет чрезвычайно тяжелой. Но выхода у северных находников не было – им оставалось или победить, или погибнуть. Впрочем, несмотря ни на что – хирдманны не теряли присутствия духа. Невозможность отступить или договориться – только укрепляли их решимость, драться до последнего.
Беспощадные и грозные люди Севера, закаленные суровой жизнью в своих виках и плаваниях, привыкли переносить и не такие испытания. Умели преодолевать, куда более сложные трудности. В конце концов, в других краях, они громили намного более превосходящие армии. Количество недругов – не смущало. Ожесточение и ярость от лишений, «подлого и бесчестного поведения противника», потери своих драккаров и гибели побратимов – только умножали их жажду, наконец дорваться до глотки врага и отомстить. И теперь, многие викинги, с угрюмым удовлетворением, взирали на русов. Смерти северяне не боялись. А в открытой схватке, они покажут трусливым склавинам, что такое настоящий бой. Даже раненные хольды, способные держать оружие – встали в ряды войска, желая посчитаться с неприятелем и предпочитая умереть с мечем в руках.
Выстроившись большой трапецией, внешние края которой, состояли из имеющих щиты и хорошие доспехи воинов, ощетинившись копьями – скандинавы ожидали атаки русов. Чтобы разбить и отбросить наступавших. А затем, гоня перед собой обескураженных противников, пробить своим закованным клином смешавшиеся порядки неприятеля и ворваться на их плечах, внутрь дружины русов. И навязав там рукопашную резню, в которой рослые и мощные викинги были особенно сильны – развалить вражеское войско. Посеять панику среди врагов и обратить их в бегство – безжалостно рубя потом, драпающих недругов.
Однако русы, не спешили устраивать общий навал, на стену щитов викингов. Сначала из их рядов, вылетели сотни дротиков. Которые вонзались в щиты и тела вестфольдингов. Длинные и зазубренные острия, нередко раскалывали и пробивали щиты – раня руки бойцов. Перерубить застрявшее в доске окованное древко – было невозможно, а вытащить тоже нереально. Поэтому, многие северяне, вскоре были вынуждены избавляться, от ставшими неудобными и отяжелевшими щитов.
