После этого на сушу высадились новобранцы под предводительством опытных сержантов и принялись отрабатывать приёмы ведения боя на простейшем противнике.
Хотя… как сказать простейшем… за проведённые часы несколько зелёных «карапузов» отправились в лазарет на «большую землю».
Со стороны детской площадки раздались радостные крики, отвлёкшие меня от размышлений, и я увидел, как одноногий зомби-таки догнал коротышку и повалил того наземь.
У бедолаги, похоже, уже вся жизнь перед глазами пронеслась, но, прежде чем заражённый успел впиться зубами в какую-нибудь мясистую часть тела жертвы, рука коротышки нащупала крупный кусок брусчатки.
Удар камнем на мгновение «отключил» одноногого монстра, дав гоблину возможность воспользоваться ситуацией.
Пнув зомби в рожу, коротышка выбрался из ослабших рук противника и, запрыгнув тому на спину, принялся колотить по голове камнем, взяв его в обе руки.
Кровавые брызги полетели во все стороны, и до меня донёсся рык вошедшего в раж «зелёного».
А спустя минуту, когда гоблин встал с поверженного противника и поднял окровавленный камень, в загон ломанулись его радостно вопящие сородичи.
Подхватив победителя на руки, они принялись его подкидывать в воздух, при этом чуть пару раз не уронив ещё не пришедшего в себя бедолагу.
— Да уж, что происходит в бойцовском клубе, должно оставаться в бойцовском клубе… — пробормотал я, увидев, что осталось от головы зомби. Пожалуй, хорошо, что Кнопку с собой не взяли. Не говоря уж про Блаженную.
Кивнув и показав большой палец Арни, который всё это время стоял в толпе и не убирал руки с молота, отправился дальше по улице, проведать второе отделение. Хотя, по факту, в выстраивающейся постепенно иерархии оно шло у меня под номером один.
— Броня — твой лучший друг! Конечно, после командира и сержанта! А щит — твоё оружие! — услышал я голос Третьего, ещё даже не успев завернуть за угол дома.
Оттуда, помимо слов, доносились рычание и отвратительно неприятное скрежетание чего-то твёрдого о металл.
— Ты почему лёг? Ты — черепаха, боец? — опять донёсся до меня голос Третьего. — Так, тогда ползли, салага, пока я…
Похоже, травить байки о моей службе в армии во время ужина пора бы прекращать…
— Ну ни фига себе… — пробормотал я, когда, наконец, добрался до тренировочной площадки щитовиков.
Там происходила престранная картина. Сидящий на заднице и ничего не понимающий зомби ошарашенно смотрел, как гоблин в кольчуге и металлических поножах охаживает другого коротышку самодельной булавой.
От травм, несовместимых с жизнью, последнего спасало лишь то, что зелёный коротышка был весьма компактным и умудрился целиком забраться под покорёженный лист металла, служащий в качестве тренировочного щита.
Третий, нарезая круги вокруг «черепашки», не прекращал колотить по железяке, при этом убеждая новобранца высунуть голову, лапки или хвостик…
— Пожалуй, хватит на сегодня кофе… — сделав последний глоток, я закрутил крышку термоса и, убрав его, потянулся к Ублюдку.
Сидевший на заднице в трёх метрах от гоблинов зомби, похоже, наконец, пришёл в себя и, встав на четвереньки, приготовился к прыжку. А Третий словно бы не обращал на это внимание…
Впрочем, стрелять не пришлось. Едва конечности заражённого подбросили его худое тело в воздух, как до меня донеслось металлическое бренчание, и я заметил тонкую, но явно прочную цепь, которая охватывала туловище твари.
Не долетев каких-то пару метров, монстр с рычанием грохнулся на землю и заскрежетал когтями по асфальту, силясь дотянуться до столь лакомой добычи.
— Так, черепашка… — Третий присел перед лежащим на земле гоблином. — Либо я, либо он. Выбирай…
На мой взгляд, выбор был очевиден, однако трясущемуся от страха гоблину понадобилось целых полминуты, чтобы принять верное решение.
Высунув сначала руку, видимо, для пробы, гоблин затем показался полностью. И, перехватив щит, направился в сторону беснующегося зомби.
— Всё как вы и рассказывали, командир! — заметив меня, подошёл Третий.
— Что-то я не припомню, чтобы такое рассказывал, — пробормотал я, не сводя взгляда с того, как беснующийся зомби на цепи, «полирует» когтями железку, за которой трясётся от страха коротышка.
— Импа… Ымпы… Интраа… В общем, в голову пришло, решил попробовать… — не выговорив сложное слово «импровизация», пояснил сержант первого отделения.
— Вы начинаете меня пугать… Мы с вами так скоро ракету построим и улетим куда-нибудь…
А я ещё повышенной разумности Харона опасался. А тут, оказывается, вон какие гении обитают. Как же в этом плане спокойнее с безголовым Уилсоном было… Почти полное отсутствие конкуренции.
— Ракета? — с интересом в жёлтых глазах поинтересовался Третий.
— Потом расскажу… Наверное… — съехал я с темы. — Как успехи в целом?
— Тупые все… Ничего не умеют, — парадируя старшину из моего рассказа об армии, гоблин, который меньше месяца назад сам интеллектом не болел, плюнул на асфальт.
