Проморгавшиеся мечники быстро, чрезвычайно быстро сообразили, что их стало меньше, и, перегруппировавшись, закрыли собой лишённых защиты товарищей.
Я же, не прекращая стрельбы, не убить так заставить вздрогнуть, стал отступать, навстречу ринувшимся ко мне гоблинам.
В общем, две волны: одна в виде молчаливых грациозных эльфов, а вторая в виде матерящихся коротышек, столкнулись у прохода, едва не зажав Меня и Клеща с двух сторон.
Лишь в последний момент мы с гоблином успели разминуться с щитниками Третьего и тёмными мечниками.
Две волны столкнулись, и пещеру заполнил лязг оружия, периодически перебиваемый стрельбой, взрывами от применяемой эльфами магии и стонами раненых.
Периодически озаряющаяся Вспышкой площадка постепенно покрывалась тонким ковром крови как эльфийской, так и гоблинской.
И пусть количество бездыханных тел в чёрных кожаных одеяниях было куда больше, чем зелёных, остающиеся в меньшинстве «танцоры» сражались ещё яростнее, даже не помышляя об отступлении.
И когда я, насадив очередного противника на отобранный у него же тонкий меч, взглянул тому в худое лицо, ничего, кроме экстаза от битвы и боли, не увидел.
Тёмный эльф, с трудом раздвинув губы в улыбке, обнажил острые треугольники зубов, явно спиленные вручную, и, харкая кровью, выдавил из себя:
— Боль — это свобода… Мать-Паучиха будет ра…
Договорить он не успел, Ублюдок лишил психа речевого аппарата вместе с головой.
— И почему каждое посещение поселений оборачивается каким-то пи***цом? — освободив клинок из «мясного» плена, пробормотал я.
— Командир, ещё идут! — услышал крик я Клеща, что под конец столкновения рванул к краю обрыва. — Много!
Со стороны города раздался хлопок, и с потолка пещера над нами стали сыпаться камни. Похоже, у эльфов хватало «одарённых» бойцов.
— Забираем тела и валим! — приказал я, извлекая из инвентаря канистру с «шумихами» и с «осколочными».
Однако делал я это не ради того, чтобы обвалить проход. Первая стычка показала, что хоть тёмные и превосходные мечники, однако и мои парни не лыком шиты.
А раз так, то смысл отказываться от бесценного опыта и потенциальной добычи?
Я ещё раз взглянул на меч. Отличное качество, пожалуй, оставлю для личного пользования. Клинок исчез в инвентаре, а взамен него появилась зажигалка.
Чирк, другой, и с обрыва в сторону уже в открытую бегущих по улочкам эльфов полетела связка бомб. Урона никакого, зато нервы потреплет и даст нам время.
Обернувшись, я увидел, как в проходе исчезают гоблины с телами павших товарищей. После достал ещё одну порцию гостинцев и, отправив их вниз по склону, бросился следом.
— Да это просто праздник какой-то… — я торопливо перезаряжал Ублюдка, не отрывая взгляда от полянки перед входом в подземный город.
До вчерашнего вечера я был уверен на все сто процентов, что гоблины являются лидерами среди суицидников.
Однако тёмные за прошедшую ночь и полдня, всё же вырвали пальму первенства у коротышек. После чего взобрались на неё и уверенно бросились вниз головой…
Отряды подземных эльфов пёрли из подземного прохода с упорством леммингов, совершенно не обращая внимания на то, что предыдущая партия товарищей не спешит возвращаться.
Лишь за вчерашний вечер мы отразили с пяток попыток прорваться сквозь возведённую стену. На третьей попытке стена-таки рухнула, однако к тому моменту я успел усеять весь пятак ловушками в таком количестве, что преодолеть его можно было лишь по воздуху.
Что некоторые тёмные и попытались сделать, однако здесь в ход шло ПВО в виде моего Ублюдка и десятка лучников, пригнанных в спешном порядке из лагеря.
Так что за прошедшее время мы изрядно оросили кровью эльфийскую землю как чужой, так и своей.
Вот только если я своих парней сразу же отправлял на перерождение на кладбище, то тела ушастых забирать никто не спешил, хотя такая возможность поначалу была.
И уже ближе к ночи, когда интервалы между атаками увеличились, я приказал собрать тела павших противников и покрошить на мелкий фарш. В такой, что если и оживёт, то неприятностей не доставит. Максимум сапоги запачкает.
После бурного вечера наступило затишье, однако я был уверен, что тёмные уже не отступят. Собственно, как и я. Не знаю их причину выбираться на свежий воздух и самоубиваться, а вот мне и моим бойцам халявный опыт и падающие с ушастых сферы, да и монеты, лишними не будут.
Следующая значимая атака произошла глубокой ночью.
Тёмный зев пещеры выплеснул из себя под полусотню гибких и быстрых бойцов, многие из которых были окутаны чёрным сиянием, позволившим «разминировать» первые ловушки собственными телами без ущерба для себя. Однако на втором и последующих рубежах начинали сыпаться и эти.
Всё же эльфы, похоже, больше упирали на ловкость, а вот принимать удары в лицо у них выходило не особо результативно. Не то что у моих парней, которые встречали редких выживших, долетавших до них в различной степени целостности.
