Там к тварям с когтями и шипами присоединились и другие образчики местной фауны, принявшись нас заливать разъедающей доспехи и одежду кислотой, приправив это каким-то едким дымом, нещадно жгущим глаза и заставляющим желать выплюнуть собственные лёгкие.
Прям как в старые добрые времена. Только тогда я был с другой стороны.
Так что неудивительно, что во всей этой вакханалии без потерь обойтись не удалось. Впрочем, самыми существенными из них оказались два павших тролля и простреленная ягодица Клеща.
Ушлый гоблин пытался меня убедить, что получил ранение, прикрывая мою спину, но я-то видел, как коротышка просто поскользнулся на чьих-то кишках и упал задницей на шип, торчащий из трупа другого коротышки.
Погибших гоблинов и жаболюдов тоже хватало, однако с учётом «переработанных» заражённых и полученных с них монет со сферами добычи, затраты на воскрешение выглядели совершенно несущественными.
— Эх, чистый воздух, как мне тебя не хватало! — выйдя из торгового центра, я с удовольствием сделал глубокий вдох, после чего зашагал в сторону палатки, оставляя за собой шум сражения.
Главный гнойник мы вырезали, тем самым обезопасив себя от удара в спину, однако в ТЦ оставалось ещё немало обычных заражённых с моими «грошами в карманах». Да и тащить добро с зачищенной территории куда комфортнее, чем постоянно оглядываться и гадать, не хочет ли кто тебя в данный момент за жопу «клац-клац»…
Я усмехнулся, глядя, как жаболюд занёс Клеща в палатку, где хозяйничала Кнопка, а после перевёл взгляд на толпу, собравшуюся у выезда с парковки.
Толпа в основном состояла из моих бойцов, однако разглядел я там и двух людей. Явились-таки…
— Добрый вечер. Неплохая погодка сегодня выдалась, да? — пройдя сквозь строй расступившихся бойцов, я посмотрел на гостей.
Первым оказался тот самый Василий, щуплый мужчинка, которого поймала и привезла Шилена. И у которого сейчас глазки бегали туда-сюда. Видимо, в поисках прекрасной эльфийки. Н-да, кажется, Тёмная приобрела себе очередного поклонника…
Вторым же оказался высокий, широкоплечий мужчина со светлыми волосами, густой бородой и здоровенными ладонями. Вот прям вылитый кузнец из каких-нибудь исторических фильмов.
— Святослав Игоревич. Глава местного поселения, — после непродолжительного обмена взглядами представился бородач.
— Николай Максимович, — я тоже представился, не обращая внимание, на то, что собеседник и так знал, кто я. Да и, судя по опустевшему взору, именно сейчас он проглядывал моё личное дело.
Впрочем, торопить его не стал, и пока местный глава читал, извлёк из инвентаря влажные салфетки и принялся приводить себя в порядок. В самую гущу сражения я не лез, но в подвалах было довольно-таки тесно, и нет-нет, да чьи-то отрубленные или откушенные части тела на меня прилетали.
— Чего хочешь? — спустя две минуты и гору салфеток поинтересовался мужчина.
— Ничего особенного. Знакомство, торговля, возможное сотрудничество.
— Насчёт последнего, вряд ли… — неожиданно для всех с некой толикой грусти произнёс Василий.
— Умолкни, Василь, — голос у Святослава был таким же, как и его владелец, тяжёлым и грубым. — А с тобой, Шаров, торговать нам нечем, самим не хватает. И уж тем более сотрудничать не собираемся.
— Я бы так не спешил. Следом за мной летят ещё трое демиургов, — я позволил себе усмехнуться. — Кто они и как себя поведут, ни я, ни ты не знаем. Однако, основываясь на моём опыте, могу сказать, что из всех мной встреченных, лишь один оказался относительно нормальным человеком.
— И? — скорее, просто чтобы взять паузу для размышлений, чем на самом деле не понимая, поинтересовался мужчина.
— Моё дело ты видишь. В глаза посмотреть мне можешь, — продолжил я. — А вот кто будет здесь через пару-другую дней, ты не знаешь. И гарантий того, что они вас просто не перебьют или не поглотят Осколок у тебя нет.
— Одно то, что по твоей вине Земли нет, а мы вынуждены жить в этом аду, разом перевешивает всё сказанное тобой, — Святослав покрутил головой, оглядывая моих бойцов. — Да и убивать ты мог не лично. Судя по тому, что в твоей банде такие монстры, тебе достаточно щёлкнуть пальцем, и они сами кому угодно голову отрежут.
— Сам-то в это веришь? — я поднял руку, успокаивая зашумевших бойцов, и посмотрел в светло-серые глаза мужчины.
На мгновение в них мелькнул огонёк, но почти сразу же пропал, и лицо Святослава будто задеревенело.
— Нет, но чувствую…
— Чувствует он, блин… — я поставил кружку на барную стойку и открыл карту, чтобы тут же её закрыть. Ибо за последние пять минут ничего нового не произошло.
— А ты рассчитывал, что он согласится? — поинтересовалась сидящая через стул от меня Моллиган.
— Нет, конечно, — я фыркнул и пальцем указал Старому на одну из бутылок, стоящую за его спиной.
— С тебя двадцать лемов, — произнёс Иваныч, ставя передо мной стакан с шапкой пены.
— Так вы ещё не открылись! — возмутился я.
