Георгий подлетел к пирамиде на бесшумном дельтаплане с прозрачным крылом. В полете демиург лихорадочно вспоминал устройство атомной бомбы. Когда-то он читал описание такой бомбы мощностью в 200 килотонн в старом советском справочнике для старших офицеров. Конечно, можно было бы договориться, разделить мир пополам, но где гарантия, что однажды один из демиургов внезапно не уничтожит соседа. Георгий подумал и о том, что на земле ядерное оружие, наверное, действительно, не зло, а благо - ибо оно - гарантия того, что если супердержава развяжет войну против другой супердержавы, агрессор не избежит возмездия, а стало быть, тысячу раз еще подумает, начинать войну или нет.
Из-за внезапного сильного порыва ветра Георгий вынужденно приземлился не между пальм, на которые пытался спланировать, а на узкую песчаную полосу на берегу озера, у самой кромки воды. В ту же секунду ему пришлось быстро отбежать от водной глади из которой - он вовремя увидел - торчали грязно-зеленые носы крокодилов. Убегая от этих носов Георгий споткнулся о какого-то небольшого зверька, выскочившего из-под пальмы. Оглянувшись, он увидел дикую красивую кошку - оцелота. Оцелот грозно зашипел на человека.
Георгий ощущал агрессивность окружающей среды и облачился в свои обычные доспехи, держал наготове автомат. Он не знал, откуда исходит опасность и боялся всего. На природу он смотрел, как на декорацию, за которой - засада.
-Почему Артофил ничего не сказал о втором? Почему ... - злобно подумал Георгий . - Устрою побоище, скажут - сатанист и отправят на землю или в космическую яму. А если проиграю? Вообще смерть... Как же правильно поступить? Как? Как?"
Георгий вышел к подножию пирамиды. Вокруг строения тянулась лента утоптанной земляной дорожки. Георгий подумал, что он бы наверняка покрыл бы ее асфальтом или мраморными плитами, а этот, второй, натуралист какой-то. ( "Эколог, нудист, Руссо, черный Порфирий Иванов! Черт бы его побрал!)
Когда Георгий обошел пирамиду, он понял, что она напоминает ему экзотический храм. Над папертью он увидел загадочный орнамент и маски странных людей. Примерно такой храм он видел на фотографиях, рассказывающих о древней религии индейцев Америки - племени майя или ацтеков. Георгий постарался вспомнить точнее и еще что-нибудь о жизни индейцев, но от сильного волнения память не работала. Он смело вошел по ступенькам в храм, и увидел в сумрачном зале бассейн с темной водой и стены с изображениями фантастических животных и цепочкой замысловатых иероглифов. Демиург даже приблизительно не мог дешифровать эти надписи. По углам он увидел знакомые классические кресты, чей строгий вид умиротворял.
" Кресты!!! Хоть что-то общее в нас есть. Мы уважаем кресты!. Может быть, он крутой гуманист или космический монах. Как же, однако, необходимо людям что-то общее для лучшего понимания друг друга. Символы, авторитеты и вся культурная мишура. Международный язык! Но что же теперь делать? Если мы уважаем кресты, то не ерунда ли все остальное! О, Боги! Что же делать?"
Георгий вопрошал искренне. Если Боги слышали его - они не могли осуждать его в этот момент за агрессивность и желание убрать конкурента.
УБРАТЬ КОНКУРЕНТА - ДА ЭТО ЖЕ ОСНОВНОЙ ИНСТИНКТ.
Слева от входа демиург разглядел узкую лестницу, уходящую куда-то вверх. По ней он поднялся на крышу пирамиды, где обнаружил идеально ровный, отполированный золотой шар - метра два в диаметре. Он как бы висел в воздухе, опираясь на стеклянную или пластиковую ось. На его поверхности Георгий увидел свое искривленное отражение - нелепый вид - смешно расползшийся шлем и кривой автомат.
Георгий озарило:
-Да это же Солнце! Звезда! Другой демиург поклоняется звездам. Значит, он все знает. О Боге и о Богах. Быть может, с ним тоже беседовал Артофил. Эх, поговорить бы.
