Но, опережая Забродина, в отсек вошел связист и доложил, что лейтенанта Курчева немедленно вызывают в штаб.
Теперь уже, точно зная, что он болен, Борис, еле передвигая ноги, брел от бункера к КПП. Солнце выкатилось высоко над лесом и било прямо в глаза, отчего голова трещала еще сильней. Он вошел в дежурку, показал сержанту пропуск и привалился к внутренней двери.
— Ноги не идут. Скажи на шлагбауме, пусть любую машину задержат, слабо улыбнулся младшему сержанту.
— Не положено здесь, товарищ лейтенант, — недоверчиво покачал головой дежурный.
— Звони тогда в гараж. Пусть санитарную вышлют.
— Да вон идет!.. — обрадовался сержант и, выбежав из КПП, стал махать рукой поднимающемуся по бетонке самосвалу.
«Расклеился, — подумал про себя Курчев. — Еще минуту назад ничего держался. Вот она, сила слова.»
Самосвал шел на второй объект, но шофер, покряхтев, довез лейтенанта до проходной поселка.
— Горло, что ли? — спросил Курчева.
— Нет, — мотнул тот головой, но тут же почувствовал, что горло тоже болит.
— Кто вызывал? — спросил посыльного, сидевшего в коридоре штаба возле ящика с оружием.
— Там начальства много… В радиокласс велели, — откозырнул посыльный.
Курчев прошел по коридору и толкнул дверь радиокомнаты.
— Разрешите присутствовать?! — спросил срывающимся голосом. Перед глазами плыло и он сразу не разглядел, кто его ожидает в учебном помещении.
— Милости просим, — раздался веселый хрипловатый голос.
Поморгав глазами, Курчев разглядел вчерашнего смершевского полковника, особиста Зубихина, еще одного незнакомого майора и замполита полка подполковника Колпикова. Последний жался в углу у окна. Вид у замполита был несколько пришибленный и, стараясь этого не показывать, он то и дело моргал кругленькими маленькими глазками.
— Садитесь. Лейтенант Курчев Борис…
— Кузьмич, — подсказал лейтенант, садясь за узкий длинный черный стол. Полковник сидел наискосок.
Утреннее солнце било через стекло Борису прямо в глаза и он, передвинувшись на два стула левее, оказался лицом к лицу с корпусным смершевцем.
— Побеседовать с вами хотели, — сказал тот. — Чего раскраснелись? Бежали, да?
— Температура, — буркнул Борис. Смершевцев он почему-то сегодня не боялся, но его действительно сильно знобило, перед глазами плыли пятна и еще кружилась голова. Он потер ладонью лоб.
— Уж вы нас извините, Борис Кузьмич, — добродушно сказал полковник. А то нам еще раз ездить далековато. Мы вас постараемся долго не задерживать.
— Ничего, — в тон ему ответил Курчев и провел ладонями ото лба к подбородку, словно снимал с лица противогаз.
— Да ты не волнуйся, — сказал Зубихин.
— Я болен, — зло поглядел на него Борис и набрал в легкие воздуху.
— Хлипкая молодежь пошла, а, Иван Осипыч? — повернулся корпусной смершевец к замполиту Колпикову.
Толстощекий кругловатый замполит быстро и согласно кивнул.
— Вот, познакомиться с вами хотели, товарищ лейтенант, — повторил полковник. — Узнать, как живете, чем дышите. Может, немного расскажете нам о себе.
— А чего говорить? В личном деле все есть, — буркнул Курчев.
— Курчев, — зашипел замполит.
— Ну, ну… Так уж все, — улыбнулся полковник, не обращая внимания на грубость лейтенанта и шипение подполковника. — Личное дело — бумага. А вы — живой человек. Живой человек в бумаге не умещается. Не так ли?
— Не знаю, — пожал плечами Борис. Он готовился к вопросу о пишущей машинке.
— Так уж и не знаете. Человек грамотный. Он, что, с институтом, Зубихин?
— С институтом, — кивнул капитан.
— Какой институт закончили?
— Педагогический.
— Вот видите, учитель значит. Интеллигенция. А говорите — не знаете.
Курчев ничего не ответил, считая, что вопроса задано не было.
— Ну, так расскажите нам, Борис Кузьмич?
— О чем?
— О себе. Чем дышите. Что читаете?
— Читаю? — снова пожал плечами лейтенант. — Всё читаю.
— Ну, так уж и всё, — подмигнул полковник.
— Что попадается. Не такое уж у нас тут книжное хранилище.
— Что ж ты, Иван Осипыч? — повернулся полковник к замполиту. — У офицеров запросы, а ты на книги жмешься.
— Что положено… — развел руками замполит, понимая, что это так, игра, но не желая показывать, что это понимает.
— Значит, не удовлетворяет вас здешняя библиотека? — опять добродушно усмехнулся полковник.
«Лет ему по виду сорок пять, — подумал Курчев. — А чего надо?.. На место Берии?»
— Да нет, библиотека как библиотека. Я всей не прочел, — сказал, надеясь разозлить смершевца, чтоб тот наконец выложил, что ему собственно надо. «Хорошо бы про выстрел спросил, а то ведь, зараза, про машинку начнет…»
— Значит, все-таки хорошая библиотека? Помимо не читаете? — снова улыбнулся полковник.
— Попадается — читаю, — ответил лейтенант.
Конечно, следовало каждый раз прибавлять «товарищ полковник», но Борису казалось, что такое обращение звучит заискивающе. Впрочем, смершевец по-прежнему не обращал внимания на отсутствие обращения и по-прежнему держался добродушно.
— А что попадается? — спросил он.
