Анализ явки в бывших коммунистических странах – России, так же как и Армении, Азербайджане, Белоруссии и Украине – усложняется из-за наличия строки «против всех» в избирательном бюллетене. В России, например, до 2003 г. избиратели имели дополнительную возможность проголосовать «против всех» кандидатов или партий вместо того, чтобы просто не пойти на выборы, что является единственной опцией избирателей в зрелых демократиях в том случае, если ни один выбор их не устраивает. На выборах в Государственную Думу в 2003 г., последних выборах с опцией голосования «против всех», около 13 % избирателей проголосовали «против всех» по одномандатным округам, что сделало эту группу избирателей второй по величине – большая численность была только у сторонников прокремлевской партии «Единая Россия». В целом избиратели, проголосовавшие «против всех», в большей степени ориентированы на Запад, чем другие, но в меньшей степени довольны состоянием демократии в России. Существуют некоторые подтверждения точки зрения, согласно которой учредительные или переходные (в смысле демократического транзита) выборы в ранее авторитарных обществах отличаются более высокой явкой, чем более поздние выборы, связанные с консолидацией демократии. В своем исследовании четырех последовательных выборов в 15 странах Центральной и Восточной Европы Татьяна Костадинова[679] отмечает намного более высокие показатели явки на учредительных выборах, чем на последующих. Это приписывается спаду начальной массовой эйфории по поводу демократии из-за существенных экономических проблем, неэффективной и зачастую коррумпированной политической системы, незнакомых и непривычных политических институтов и фрагментированной партийной системы. Тем не менее размах эффектов здесь значительно шире, чем в поставторитарных обществах в остальных частях света, что, возможно, объясняется стремительным ухудшением уровня жизни в бывших коммунистических странах: это снижение было вызвано трудным переходом от командной к рыночной экономике. Как следствие, явка на выборы после 1990‑х годов в посткоммунистических странах стала заметно ниже средней явки в зрелых демократиях[680].
13.3. Ключевые положения
• В целом учредительные или переходные выборы привлекают намного больше избирателей, чем последующие выборы, связанные с консолидацией демократии.
• Явка на выборы в новых демократиях снизилась, как и явка на выборы в зрелых демократиях, хотя объяснения этому снижению различны.
• Экономические трудности в новых демократиях довольно быстро подорвали эйфорию, сопровождавшую падение авторитаризма.
Сегодня мы знаем, что институциональный дизайн политических систем оказывает значительный эффект на уровень политического участия. Исследования показывают, что парламентские системы характеризуются более высокими уровнями политического участия, чем президентские системы, и это особенно верно для сочетания парламентаризма и пропорциональной избирательной системы. Другими институциональными факторами, повышающими явку, являются маленькие избирательные округа и регулярные, но не слишком частые, общенациональные выборы[681]. Электоральными правилами, увеличивающими явку, являются процедуры регистрации, которые упрощают участие в голосовании; расположение избирательных участков, облегчающее посещение выборов, и, конечно, норма об обязательном голосовании[682]. Важно также и то, что чем более соревновательна предвыборная гонка в глазах избирателей, тем более избиратели мотивированы прийти на выборы, чтобы внести свой вклад в результат голосования[683]. Конкурентность выборов также связана с типом избирательной системы в стране: в пропорциональной системе степень соревновательности более равномерно распределена по избирательным округам, чем в мажоритарной системе[684].
