– Эми! – слышу чей-то до боли знакомый голос, но не подаю вида.
Я так соскучилась по бабушке, не хочу от нее отходить. Все проблемы решу потом, сейчас мне больше всего не хватает ее тепла и уюта, который она так щедро дарила мне при жизни.
– А где мама?
– А мамы здесь нет, – тихо отвечает она.
– Нет-нет-нет-нет! – кричит голос на улице, и в дверь стучат.
Бабушка с улыбкой смотрит на меня и не обращает внимания на стуки. Мне же становится не по себе. Стены дрожат. Такое чувство, что дом вот-вот рассыплется на куски. С потолка обрушивается побелка. Бабушка же, ничего не замечая, неторопливо разрезает пирог.
– Кто там? – спрашиваю я, поднявшись на ноги.
– Ты не останешься? – Глаза бабули становятся растерянными.
– Эми, прошу тебя! – Звенит знакомый голос.
Его владелец чем-то взволнован и даже напуган. Я подхожу к двери и застываю перед ручкой. Дерево трещит. Еще чуть-чуть и стены разрушатся, весь дом сложится, как карточный домик. Я не удерживаюсь и дергаю ручку.
Секундная вспышка, и я погружаюсь в темную воду. Страх и холод. Я все глубже погружаюсь в пелену тьмы и не могу выбраться. Машу руками и ногами, но тщетно. Медленно и плавно мрак забирает меня, и на смену панике приходит отчаяние.
Где это я?
– Эми! – слышу сквозь толщу воды знакомый голос. – Не умирай, прошу тебя!
Адам?
Я пытаюсь позвать его, но не могу промолвить ни слова. Мне хочется открыть глаза и избавиться от страшного сна, но руки и ноги не слушаются. Хочется прикоснуться к Кингу, сказать, что все хорошо, но меня уносит в небытие.
Но он здесь, он пришел меня спасти! Страх отступает.
– Прошу, не оставляй меня! – умоляет любимый.
Кажется, ему очень больно.
Я чувствую, как мое тело содрогается от ритмичных толчков в грудную клетку. Вижу последний луч света, прорывающийся сквозь темноту, и мне хочется кричать.
Сознание погружается во мрак.
Ну уж нет! Нужно выкарабкаться!
Я тянусь к поверхности и замечаю проблески света.
Уже лучше.
– Не уходи от меня!
Все хорошо, любимый, я здесь!
Свет становится ярче.
– Адам! – шепчу я, но в реальности не произношу ни слова.
Свет становится ярче, и я зажмуриваюсь, чтобы не ослепнуть. На мгновение все стихает: бесконечный поток мыслей, шум воды и его голос, такой любимый и родной.
Неужели я больше никогда его не услышу? Это конец?
С каждой секундой боль во всем теле становится интенсивней. По мне будто проехался бульдозер: кости ломит, бок пульсирует. Через пару секунд до меня доносится монотонный, непрерывающийся писк.
На смерть это не похоже.
Превозмогая сильную усталость, я разлепляю веки и вижу путную пелену. Вскоре мне удается сфокусировать взгляд: белые стены, серые жалюзи и этот терпкий, невыносимый запах…
Больница!
Писк прибора выдает мой пульс, и я касаюсь своего лица, по которому ползет множество трубочек.
– Адам! – слышу свой хриплый голос.
Я пытаюсь сесть, но порыв осаждает резкая боль в боку. В палату вбегает взволнованная медсестра.
– Без резких движений, – просит она и помогает мне сеть. – Вы потеряли много крови, голова может кружиться.
– Да уж, покруче, чем американские горки.
Она проверяет капельницу и поправляет приборы, а я бегаю глазами по палате в поисках
– Где Адам? – спрашиваю я, и ловлю улыбку медсестры.
– Только что вышел. Мистер Кинг не отходил от вас целые сутки, мы уже подумывали его насильно кормить и поить.
– На него не похоже.
Медсестра усмехается, и мне становится спокойнее. В этот момент дверь палаты распахивается, и я вижу его. Адам встревоженно смотрит на меня, на мгновение замирает на пороге, будто не веря своим глазам. Затем в два широких шага он оказывается рядом и его губы касаются моих.
– С возвращением, – шепчет он и берет меня за руку.
Медсестра кидает на нас счастливый взгляд и тихонечко, как мышка, выходит из палаты.
– Возвращаться приятно, – улыбаюсь я.
– На мгновение я подумал, что потерял тебя.
Мое сердце сжимается от боли.
– Что произошло?
Адам подвигает стул и садится рядом.
– Рик сделал свое дело. Ему была нужна не ты и даже не я. Ему нужно было вывести из себя Тома, чтобы тот избавился от нас.
– Эми, я потерял контроль, прости меня. Я был переполнен злостью и не заметил, как Том…
– Не надо, ты ни в чем не виноват. Это мне стоило рассказать правду.
Он горько усмехается, и я собираю все силы, чтобы коснуться пальцами его щеки.
– Я всегда смотрел только вперед и не замечал мелочей. Весь мир меня ненавидел, и я ненавидел его в ответ, и только ты поверила в меня. Ты – мой свет, Эми.
От его слов приборы слежения сердцебиения пищат громче, и я глубоко вздыхаю, пытаясь успокоить пульс. Адам берет мою руку и нежно касается губами пальцев.
– Я люблю тебя. Больше никогда так не пугай меня, потому что я не смогу без тебя жить.
– И я люблю тебя, – шепчу я, и он счастливо улыбается.
В этот момент в мою память врываются картины вчерашнего вечера. По спине бежит холодок.
– Что случилось со Стивом и Томом?
– Стив родился в рубашке. Если бы пуля попала чуть ниже, он бы не выжил.
Вспоминаю выстрел и то, как Стив упал без сознания на асфальт.
