небо, голубое, хрустящее от мороза, и пушистые белые облака неторопливо плывут в вышине, давая понять, что небо все-таки настоящее.
Когда они добрались до дома, Гарри познакомился с братом Линды, с ее сестрой, мамой и тетушкой – маминой старшей сестрой. Они уселись на кухне пить кофе и приятно общались, проникаясь друг к другу симпатией, а потом по телевизору началась трансляций футбольного матча. Гарри, отец и брат Линды пошли в гостиную смотреть игру, а женщины остались на кухне – готовить обед и обсуждать с Линдой ее кавалера.
Гарри понравилось смотреть матч в компании с Линдиным отцом и братом. Они оба любили футбол, и хорошо в нем разбирались, и делали остроумные замечания по ходу игры. Поначалу Гарри слегка опасался, что они будут чем-то похожи на полоумных старых хрычей из конторы, которые свистят и вопят на матчах чемпионата страны и как будто особенно радуются, когда твоя команда проигрывает, а потом пристают к тебе с настойчивыми расспросами, кто, по-твоему, круче, «Рейнджерсы» или «Никсы». Но они оказались нормальными, а сам матч – интересным, и у Гарри не было ощущения, что к нему постоянно присматриваются и пытаются оценить.
Обед прошел замечательно, еда была вкусной, застольные разговоры – легкими и приятными. Часа через два они встали из-за стола и всей компанией перебрались в гостиную, где продолжили беседу за кофе, умиротворенные после еды и разомлевшие под треск горящих в камине поленьев.
Время словно растянулось в мягкую, теплую бесконечность, и казалось, что день никогда не закончится – восхитительный день в этом теплом уютном доме, где живут славные, веселые люди, чей радостный смех так приятно щекочет тебя изнутри. Боже, как хорошо. Уже назавтра никто и не вспомнит, о чем они говорили сегодня. Но ощущения запомнятся, как всегда и бывает. Ощущения останутся еще долго после того, как слова и обстоятельства разговора сотрутся из памяти.
Но все хорошее когда-то кончается, и вот смех был прерван объявлением, что уже поздно и пора ехать домой, термос снова наполнили горячим кофе, и Гарри с Линдой пошли одеваться в прихожую, и были объятия, и похлопывания по спине, и снова смех, и прощальные поцелуи, и крепкие рукопожатия, и: До свидания, до свидания, не забудь позвонить, когда доберешься до дома, солнышко.
Да, мама, не беспокойся. Я позвоню.
Надеюсь, сынок, ты к нам приедешь еще не раз.
Обязательно, он расплылся в улыбке, и спасибо. Все было чудесно. Честное слово. И отдельное спасибо за вкусный обед. Вы прекрасно готовите.
Спасибо, я рада, что тебе понравилось.
Что ж, до свидания.
До свидания.
Еще раз спасибо. До встречи.
До скорой встречи.
Удачно доехать.
Ну, нам пора, и дверь распахнулась в холодную зимнюю ночь, и они помчались к машине бегом, и их голоса по-прежнему полны весельем и радостью:
ну и холодрыга, бррррр.
Да, ничего себе встряска для организма. Еще минуту назад ты сидел в теплом доме, а потом – бац! – оказался на северном полюсе.
Они продолжали шутить и смеяться, пока папа Линды прогревал двигатель, прежде чем ехать на станцию. Сейчас печка раскочегарится, и будет тепло.
Они сидели в теплой машине, пока не подъехала электричка, потом обнялись, расцеловались, пожали друг другу руки, и Линда с Гарри помчались на платформу.
Обратный путь был чуть теплее; в вагоне работало отопление. Гарри с Линдой смотрели в окно на освещенный перрон, а когда поезд тронулся и огни станции остались позади, они увидели в черном стекле отражения друг друга, одновременно улыбнулись и продолжали смотреть в темноту сквозь своих зеркальных двойников. Ночь скрыла унылое однообразие придорожных пейзажей, отдельные участки снега и льда искрились под редкими фонарями, стоящими вдоль путей. Это было волшебно.
Гарри подмигнул отражению Линды, она улыбнулась, затем они оба тихонечко рассмеялись и, не сговариваясь, отвернулись от окна.
Они посмотрели друг другу в глаза и улыбнулись с какой-то особенной теплотой. Он взял ее за руки, на мгновение опустил взгляд и опять посмотрел ей в глаза. Сегодня был совершенно прекрасный день. Я замечательно провел время.
Хорошо, ее улыбка стала еще лучезарнее, я рада.
Гарри снова посмотрел на ее руки, ласково их сжал, затем улыбнулся и поднял взгляд. Лучше этого дня только ты. Линда почувствовала, что краснеет. Ты – самое лучшее, что есть в мире. Гарри поднес к губам ее руку и принялся целовать кончики пальцев, легонько и нежно, потом опять посмотрел ей в глаза. Я тебя люблю.
Колеса электрички стучали по рельсам, Гарри с Линдой продолжали смотреть друг на друга, оба удивленные сказанным. Линда ждала от него этих слов, а Гарри даже не знал, что он собирался что-то такое сказать, но теперь, когда признание прозвучало, оно показалось правильным и естественным.
Такими словами не бросаются, Гарри.
Да, не бросаются. Я понимаю. И ты ни разу не слышала, чтобы я говорил о любви.
Да, это правда. Не слышала. Но у этого слова есть много значений.
