— Арсений Павлович, я не займу у вас много времени, просто хотел поинтересоваться, не разбираетесь ли вы в высших рангах других стихий?
— Немного. В основном, тех, с кем мне довелось работать. Интересует кто-то конкретный или какая-то стихия? — спросил лекарь.
— Мне показалось, что вы, как учёный человек, можете быть в курсе, где искать в столице человека, способного создавать допелей высших рангов.
Арсений Павлович тянулся к своей чашке, но стоило мне задать этот вопрос, как его руки остановились на полпути.
— В опасную игру влезаете, Александр Олегович, очень опасную, — помотал он головой. — Я бы советовал вам отказаться от затеи искать этого человека. Ради вашей же безопасности и безопасности всех ваших близких, — голос лекаря дрожал, он был искренен.
Такое невозможно подделать, особенно после того, что нам вместе довелось пережить. Он помог мне с лечением отца, я спас его дочь.
— Уже поздно, Арсений Павлович. Я бы с удовольствием не лез в эти грязные дела, но они сами нашли меня. А теперь мне остаётся только разобраться с ними раньше, чем они доберутся до меня, или, того хуже… — я многозначительно посмотрел на него.
— Понимаю вас, — кивнул лекарь. — Мне мало что известно. Фактически у этого человека много имён. Настоящего никто не знает. Он занимается посредничеством во всяких грязных делах. Самых грязных. Сам на сделки никогда не приходит. А отправляет допелей, — нервно сжимая чашку, проговорил он. — Лет пять назад я слышал от одного из своих пациентов историю. Сразу поясню то, что этот человек работал в имперской полиции, и он пытался разыскать этого посредника. Ему это не удалось. Всё, что он получил, это множественные травмы.
— Но какие-то наводки у него остались, — догадался я.
И возможно, Арсений Павлович был о них в курсе. Наверняка тесно общался со своим пациентом во время лечения.
Это как мне подфартило! Я надеялся найти наводку, а оказалось, что лекарь знает гораздо больше, чем я предполагал.
Но обратился я именно к нему из-за сложившегося между нами доверия. Жиляев или Василевские тоже могли знать ответ, но к ним я бы отправился только на крайний случай. Как и к графу Аничкову, поскольку тот бы принялся сам искать посредника, а это дополнительный риск для его семьи.
— Поиском этого человека занимались многие в полиции. Только мне довелось лечить троих. Наша больница тесно сотрудничает с органами, как вы знаете. У других моих коллег было ещё десять случаев. Но даже если в больницу эти люди попадали полуживыми, через несколько дней по неведомым причинам они умирали. И все мои пациенты тоже умерли. Поэтому с ними вы поговорить не сможете, — печально сообщил Арсений Павлович.
— Что он сказал вам перед смертью? Вы же не просто так упомянули именно его, — подался я вперёд.
— Сказал, что надо было искать на самом видном месте. А ещё упомянул что-то про Патриаршие пруды. Но если честно, мне показалось это бредом. У полицейского уже была горячка, — вздохнул лекарь.
— Спасибо. Уже этого мне будет достаточно, — улыбнулся я. — Вы не представляете, как мне помогли.
— Надеюсь, что помог, а не обрёк вас на погибель, как и всех этих людей. Если честно, я даже немного сожалею, что признался в том, что у меня была информация, — склонил голову Арсений Павлович.
— Не стоит. Ведь за ней я и пришёл.
Допив чай, я поднялся. Ещё раз поблагодарил лекаря и покинул его дом. Теперь у меня была конкретная наводка.
— Не наводка, а загадка, — фыркнул демон. — Ненавижу загадки!
— А я их люблю. Помню, мы часто с младшим братом загадывали их друг другу.
Надеюсь, он ещё жив…
У нас с младшим братом Константином была традиция. И начал её именно он. Вместо подарка на мой день рождения он положил мне под подушку конверт с заданием. Нужно было найти другой конверт, выполнить второе задание. Например, достать послание из осиного улья. Поскольку мы были магами, для нас это не было чем-то сверхординарным. И вот в конце этой цепочки заданий находился долгожданный подарок.
Что бы ни дарили мне родители и другие родственники, подарок от Константина был самым ценным, потому что путь к нему всегда был самый интересный.
Я перенял эту традицию и делал так же на дне рождения младшего брата. Он был в восторге. Надеюсь, что когда он вернётся, мы сможем это повторить.
— Ну что, Сань, куда теперь? — спросил Легион.
— А теперь отправляй гончую на Патриаршие, она знает, как выглядит наша цель, и легко найдёт её.
— Думаешь, всё так просто? — хмыкнул демон.
— Да. Пусть ищет на самом видном месте. Уверен, что к утру этот человек окажется в нашем подвале, — усмехнулся я.
— Что-то я сомневаюсь в твоей затее, но давай попробуем. Мы ничего не теряем. Найдёт — хорошо. Не найдёт — завтра сам пойдёшь искать, что там на видном месте на Патриарших, — хохотнул он.
В поместье Аничковых я вернулся только к вечеру и прямо у ворот увидел худого, голодного, чёрного кота. Он мяукал прямо перед забором. Я наклонился к нему, чтобы погладить, но кот сразу отстранился. Видно, зашуганный.
— С каких пор призраки беспокоятся о котах? — подумал я с сомнением.
