— Я не отдавал такой приказ, — вскочил Тимур Алексеевич. — Да я лично убью того, кто это приказал!
— Что значит «лично убьёте»? Вы что, не следите за теми, кто работает на вас?
Меня удивило его поведение. Значит, он и правда не в курсе. Хотя, казалось бы, глава ордена должен знать всё.
— Слежу. Но орден управляется не только мной!
— А кем ещё? — сразу спросил я.
— Императорским двором, — пояснил архонт.
Это не было тайной. Все организации так или иначе подчиняются императору и его доверенным людям.
— Так значит, меня хочет убить кто-то свыше? — усмехнулся я. — Странно, учитывая, что вчера я передал младшую дочь императора.
— Ничего странного, учитывая, что она не доехала, — мрачно ответил архонт.
— Что? — переспросил я.
Об этом мне не было известно. И после этого заявления, картина, наконец, начала вырисовываться.
— Она не доехала, — повторил Тимур Алексеевич. — А потом в имперскую канцелярию пришло письмо о том, что Анастасия будет у вас до тех пор, пока не заплатят выкуп.
— Так почему же вы сразу с этого не начали? — возмутился я.
К чему были эти вопросы про список, если архонт сам хотел поговорить о произошедшем? Наверняка он также прощупывал почву, а потом смотрел на мою реакцию, как и я на его.
— Я вас проверял, — ответил архонт, откидываясь в кресле.
Значит, мои предположения оказались верны.
— Такая себе проверка, — покачал я головой. — Я не похищал Анастасию Распутину. Как раз наоборот, я её вытащил из демонического мира и передал Роману Евгеньевичу, чтобы он вернул её в столицу. Вы же получили эти сведения!
И Роман Евгеньевич даже доехал до столицы, поскольку мои демоны следили за ним до самого дворца. Но Тимуру Алексеевичу знать этого нельзя.
— Мы с Романом Евгеньевичем созванивались перед тем, как он должен был зайти во дворец, — соврал я. — Он даже фотографию присылал.
— И что, хотите сказать, что это он похитил дочь императора?
В голосе Тимура Алексеевича сквозило недоверие.
— Нет, я хочу сказать, что это дело рук кого-то из приближённых самого императора. И Анастасия сейчас находится во дворце, — уверенно произнёс я.
Тимур Алексеевич тяжело вздохнул. Конечно, это была не самая приятная новость: ведь предатели ходят где-то среди нас.
Архонт попробовал набрать по телефону Романа Евгеньевича, но тот не ответил. А я начал понимать, что Тимур Алексеевич специально не отвечал на мои звонки — ведь смартфон был у него в кармане. Хотя вместо этих игр мог бы просто написать, что надо встретиться. Но нет… видимо, не хотел показывать свой интерес.
— Как и ожидалось, — сказал архонт. — Боюсь, Александр, если вы хотите выжить, а я не сомневаюсь, что вы хотите… то придётся вам сдаться и молить об аудиенции императора. Другого варианта не дано.
— Я так не считаю, — ответил я.
— Правда? И как же вы собираетесь донести императору истину в вашем-то положении? Как я понимаю, сначала вас попытаются убить тайно, потом объявят в розыск, сделают предателем империи.
Мне бы хотелось этого избежать.
— Это всё было бы обосновано, если бы я правда украл Анастасию. Но нет, я её передал с доверенным человеком, а он не доехал, — пояснил я. — У вас же есть номер того, кто отдал этот приказ?
— Допустим.
— Так передайте мои слова. Пусть они найдут Анастасию. Уверен, службе безопасности не составит труда обыскать весь дворец.
Если проверят во всех тайных комнатах, то обязательно её найдут. Ведь, судя по всему, Анастасию привезли под покровом ночи, и её враги все провернули так, чтобы служба безопасности не узнала о её присутствии даже возле дворца.
— Понимаете, в чём дело… Я ведь тоже не могу быть уверен в ваших словах, — признался архонт.
Возник некий парадокс, где каждый из нас друг другу не доверял. Но из него было достаточно легко выбраться, стоило лишь доказать свои слова. Однако сдаваться службе безопасности, чтобы меня допрашивали со всей строгостью, я тоже не собирался. Есть куда более действенные методы.
— Так принесите артефакт правды, — предложил я. — Я поклянусь на нём.
— Уверены? — прищурился Тимур Алексеевич.
А теперь я не сомневался, что Тимур Алексеевич хранит один такой образец дома. Предположения оправдались.
— Да, — кивнул я. — Но почему бы вы этого сразу не предложили, раз он имеется под рукой?
— Может, потому, что в прошлый раз вам удалось его обвести, — заметил архонт. — В этот раз будет более чёткая формулировка.
— Отлично, — слегка улыбнулся я. — Я согласен.
Тимур Алексеевич приказал помощнику принести знакомую мне шкатулку, в которой лежала артефактная ящерица. Я положил на неё руку и произнёс:
— Я, Демьянов Александр Олегович, клянусь своей жизнью, что не похищал Анастасию Распутину.
Ящерица никак не отреагировала, а значит, я сказал правду.
— Что ж, хорошо, — задумался архонт.
Значит, формулировка его устроила.
— Отчасти у вас получилось, — продолжил он.
— Получилось что? — нахмурился я.
— Убедить меня.
