- Отпусти мне больно. - Зашипела я на него. Алекс мгновенно разжал хватку, и на секунду я увидела промелькнувшее на его лице сожаление. Но потом Миллер снова стал грубым и злым. Я вышла из машины, достала телефон, было уже двенадцать часов дня. Можно найти в интернете номер эвакуатора, позвонить и вызвать его сюда. Поиск занял у меня много времени , когда я снова взглянула на время, то было уже две минуты второго. Я устала стоять, но возвращаться в машину не хотелось. Иногда я замечала, как Алекс поглядывает на меня из-под насупленных бровей. Начали болеть ноги, я обошла Мерседес и села на багажник, продолжая попытки вызвать эвакуатор. Наконец я дозвонилась и стала объяснять куда за нами приехать, мне пообещали, что в течении двух часов прибудут специалисты, но, на всякий случай, дали совет попробовать словить попутку до города или рейсовый автобус из Ростова. Я стала сомневаться в том что специалисты вообще приедут, и решила названивать к ним каждые пятнадцать минут. Мимо пронеслось несколько машин, это прогресс, мы не в таком уж захолустье. В душе затеплилась надежда, что я ещё смогу выбраться отсюда.
- Эй, котёночек, не стой на ветру. Садись в машину, я не буду тебя доставать. - раздался голос Алекса рядом со мной.
Я гневно воззрилась на него и смерила презрительным взглядом.
- Во-первых, я тебе не котёночек, - жёстко сказала я, размахивая указательным пальцем перед его носом. - Во-вторых, не вижу здесь никакого ветра.
- Он же невидимый, - разочарованно покачал головой Алекс, - как и твои мозги. - добавил он самым нежным голосом.
- Ты такой джентльмен, Алекс. - Сказала я в ответ, не удостоив его даже взглядом...
Алекс развернулся и снова сел в машину.
Зачем он это делает? Зачем он меня обижает? Я готова была заплакать, но со мной это не часто случалось. Я никогда не плачу из-за мужчин. Мне было так больно в тот момент, так обидно, что меня выставили идиоткой. Слёзы закипали в уголках глаз и кипящей смолой текли по лицу. Мне было очень плохо, всё, что до этого давило на меня непосильным грузом, накрыло меня с головой, и я зарыдала. Одна, посреди пустынной дороги, с опасным и страшным человеком, меня сотрясали рыдания, и не было сил остановиться. Никто не мог мне помочь и защитить. Я закрыла лицо руками и хотела проснуться у себя дома и не знать ничего этого. Вдруг Алекс, неожиданно оказавшись передо мной, обнял меня за плечи и сильно прижал к своей груди. Я брыкалась и хотела вырваться, но он не отпускал.
- Отпусти! Отпусти! Ненавижу тебя! - кричала я и била его кулаками всюду, куда могла попасть. Но Алекс молчал, всё сильнее сжимая меня в своих объятиях. Обессилив я обмякла в его руках, и он осторожно провёл ладонью по моим волосам.
- Прости меня, - тихо произнёс он.
- Нет, - я вырвалась и не взглянув на него села в машину, хлопнув дверью со всей силы.
Через секунду Алекс сидел рядом, его лицо выражало сильнейшую грусть и печаль. Он даже морщился, словно от невыносимой боли.
- Кэти, - мягко произнёс он.
- Оставь меня в покое, - огрызнулась я.
- Кэти, нам нельзя быть вместе. - ещё тише, чем прежде произнёс он с тяжёлым вздохом.
- Вот, и договорились. - Отрезала я.
- Но мне этого очень хочется. - Грустно улыбаясь, добавил Алекс.
- А мне не хочется
- Это хорошо. - Сказал он с такой тоской, что я, не выдержав, взглянула ему в глаза. Он сидел, наклонившись ко мне, в своей кожаной куртке, и от него пахло мёдом и сигаретами, черты лица смягчились, а губы его были чуть приоткрыты. Я отвернулась, я не могу поддаться эмоциям, я не знаю кто он. Вдруг он опасен.
- Я не могу объяснить тебе, - стал говорить Алекс мне почти на ухо, - но из-за того, что ты мне нравишься, у меня будут проблемы. Я имею в виду даже не то, что я преподаватель. Совсем другое. К тому же я беспокоюсь не о себе, а о тебе. Мне придётся скоро уехать, поэтому любые отношения заводить бессмысленно.
Я слушала и не верила своим ушам, я не хотела этого знать. Почему всё так? Почему? Я старалась не смотреть на него, чтобы он не заметил, как меня расстроили его слова. Его губы почти касались моей щеки, а я плакала, и мне было стыдно из-за этой слабости, но ничего не могла поделать.
- Катерина, я вижу, ты переживаешь из-за Евы. Она не появляется со вчерашнего дня, но это ещё ничего не значит. Может быть, она заболела, ей было плохо, она упала в обморок возле моего кабинета и её тошнило. Скорее всего, она пошла в больницу или отлёживается где-то у друзей. Но ты слишком тревожишься за неё. Я видел, как ты побледнела, когда говорила с одногруппницами.
Я похолодела. С одной стороны, он пытался защитить Маргариту от Аскеназы, с другой, мне неизвестно, кто он и чего на самом деле хочет. Он тоже знает, что Аскеназа маньяк, тогда почему бездействует? Пока он не проявил себя плохо, кроме двойной жизни и пустого телефона у меня на него ничего нет. Можно ли ему открыться? Тут я вспомнила, что столкнулась с Аскеназой именно у Алекса в кабинет. Что они там делали, если они такие непримиримые враги. И соседка по дому говорила, что Аскеназа приезжал к нему домой.
