- Эй! Я пошутил! – ничуть не испугался Низший. - Остынь, красавчик! А то вдруг у меня раздвоение личности начнется? То Сириус, то Мир. Зар, успокойся!
Балтазар унял полыхавшую магию и обернулся к невозмутимому Хешшш:
- Поползай в саду. Можешь в озере искупаться. К ужину я тебя позову.
- Спасибо, мессир. Можно мне позвать с собой Гарри?
- Можно. Смотри только, чтоб он не простудился, Лилс мне голову за него откусит.
Змееныш поклонился и выполз в открытую для него Северусом дверь.
- Циркач ты, Зар, - хмыкнул Сириус. - Нажил ребенка неизвестно от кого…
- Заткнись.
- … бросил его в умирающей реальности…
- Сириус…
- … а теперь грозишь мне смертью за невинный вопрос.
- Не за вопрос, а за рукоприкладство. Наказывать Хешшш я буду сам.
- Поцелуями в жопу? Отец тут, конечно, ты, но мне твои экзекуции здорово помогли. Будешь нежничать с ним – вырастишь еще одного Драко или Блейза. Которые даже не знают, с какой стороны иметь женщину. Как и Гарри, кстати. Институт благородных девиц. Пиздохранилище, блядь!
- Сириус! Тут дама!
- Герри – демонесса, - возразил Сириус.
- Хватит, воспитание моих наследников – не твоего ума дело.
- Как знаешь. Я обещал их сводить в веселый квартал, и я это сделаю.
- Через твой труп, Блэк, - Северус выглядел спокойным, но угрожающим. - Твой моральный облик пусть Крокхавва волнует, а к своему сыну я тебя не подпущу.
- Ты его замуж собираешься отдавать что ли? Сам вышел и сына…
В кабинете потемнело. Северус смотрел спокойно и даже с какой-то брезгливой жалостью.
- Вон из моего дома, Блэк, - очень тихо сказал Люциус. – Подумаешь - возвращайся. Гарри будет скучать. Первый раз по любви должен быть, а не с проституткой грязной. Чтобы потом, когда она, любовь эта, все-таки придет, можно было ей открыто в глаза смотреть. Жаль, что ты этого не понимаешь. Я не дам тебе сломать моим детям жизнь.
Сириус взглянул на Балтазара, но тот смотрел в окно, сдерживая гнев. Они с Блэкки прошли огонь, воду и медные трубы. Низший не раз и не два прикрывал ему спину и принимал удар на себя. Зар мог доверить ему жизнь, но не будущее своих детей. Будущее – это гораздо более ценная вещь.
В последний раз взглянув на Мастера, Ученик тихо исчез. Геррида подошла ближе и заглянула Северусу в глаза:
- Простите моего брата, высокородный господин. Он многое пережил, и не все прошло бесследно. Он раскается.
- Я знаю, моя леди. Он всегда был несколько несдержан, такая уж натура. Но воспитание моих детей – только мое дело.
- Мессир…
- Ты можешь идти. Крокхавву привет. Жду их с леди Вал в воскресенье. И ты приходи.
Девушка исчезла.
- Да что за день-то такой? - устало спросил Люциус, опускаясь прямо на пол у кресла, в котором сидел Балтазар. - Хватит уже кипеть, Балти, лопнешь ведь. Предлагаю направить разрушающую энергию в созидающее русло, - он с намеком провел ладонью по твердому бедру, обтянутому плотной джинсой.
- Отрасти волосы, а? - мурлыкнул Северус, и уселся рядом. - Два таких… - он вернул себе истинный облик, - красавца у твоих ног, а ты хмуришься.
- И то правда, - ухмыльнулся демон. - Непорядок.
Замок тряхнуло.
Глава 132 Поцелуи, прошлое, любовь и морковь.
- Знаешь, - Балтазар лениво закурил и запустил свободную руку в длинные растрепанные светлые волосы.
Люциус сыто мурлыкнул, не открывая глаз. Северус заинтересованно пошевелился с другой стороны.
- Не так уж Блэк и не прав. Погоди, - он прижал к себе возмущенно вскинувшегося мужа и продолжил: - они же мальчишки. Может, устроить им экскурсию? И Хешшш полезно будет в человеческой форме прогуляться.
- В квартал красных фонарей? – язвительно поинтересовался Северус. - Нас ты что-то туда не водил, когда мы были подростками.
- Еще чего! – возмутился Балтазар. - Вы мои!
- А они – нет?
- Ну не в этом же смысле!
- А когда они будут чьи-то В ЭТОМ САМОМ смысле, то он, этот кто-то, скажет тебе спасибо, как думаешь?
- Он? – Балтазар иронично изогнул бровь. – Может, она? И вот ЕЙ уж точно должна быть на руку… просвещенность партнера. Я же говорю о ведущей роли. Да и вообще, это не важно, по сути. Все, что было ДО, пусть там и остается.
- Это для тебя не важно, - упрямо возразил Малфой, отстранившись.
- Вы что, до сих пор ревнуете?
- Я говорю не о твоем прошлом, а о своем, - Люциус отвел глаза. - До сих пор помню проверку Оком, там, в Малфой-мэноре, перед заключением Договора. И свой страх, и ощущение грязи, предательства. И стыд перед тобой, и благодарность за то, что прикрыл.
- Какая ерунда, Люций, - Балтазар снова обнял его. - Разве может презренный смертный, даже такой смазливый, как… вот разве может он сравниться с великолепным, страстным, красивым и сильным мной? – он выпустил Малфоя и демонстративно поиграл мышцами груди, чем вызвал у Северуса сдавленное фырканье. - Ревновать к недостойным – значит признавать их равными, конкурентами, достойными внимания. А это, согласись, глупо.
