Та осеклась под его взором и положила бумаги на стол. Сатана отвёл от её миловидного лица тяжелый взгляд, нервно дёрнул шеей в наглухо застёгнутой рубашке и в плотно затянутом галстуке. Я про себя злорадно усмехнулся, вспоминая своё удушье, мой детский ужас, растерянность и раболепное преклонение перед силой. С той поры утекло много веков, я вырос, но уважать чужую мощь не перестал. А ещё я подумал, что достаточно побед и завоёванной власти принёс на алтарь алчности Сатане и ошибочно искренне считал его своей семьёй, своим другом.
До Дженнифер. До её понимания меня и принятия таким, каким являлся на самом деле, от безусловной детской любви до чувственного раскрытия наших отношений. Я знал, что нашёл то, что всегда искал: семью, заботу, любовь, понимание, страсть. От её бездонной, искрящейся небесным светом души, которая коснулась моего мрачного существа, моего злобного демона, опустившись до самого дна, найдя там что-то настолько малое, затёртое, запылённое, замёрзшее нечто, что в её руках отогрелось и довольно замурлыкало; до нежного тающего под моими ласками тёплого любимого тела, подвигнувшего меня больше ни о ком не думать, осознавать, что я никогда не буду сыт ею.
Понимание этого вырвалось из меня тёплой лучистой энергией её солнечного утра и заструилось по кабинету. Я не смог сдержать свои эмоции, поделившись ими, сплошь наполненными чувствами к Джен, со всеми присутствующими. Мелисса распахнула и без того большие глаза и смущённо улыбнулась, мечтательно вздохнула, остановившись на моём лице; Федорио улыбнулся в кулак, наверное, с теплом вспоминая жену и маленького сына; Константин по-философски, изучающим взглядом холостяка посмотрел на меня; Сатана сморщился, как будто проглотил огромную крысу.
— Какого мы здесь собрались, Сатана? — я стал терять терпение, оглядывая лица присутствующих. — Это что, совет нищих и убогих?
Федорио прокашлялся. Я видел, что ему неудобно от сложившейся ситуации: хотя мы стояли по разные стороны баррикад, всегда уважительно относились к друг другу. Для меня он прежде всего был мудрым воином, закалённым в многочисленных боях, тем, который готовился в близкое услужение Создателя, а туда попадают лишь достойные из достойнейших.
— Будучи хранителем, ты нарушил закон перемирия между сторонами… — начал было он.
— Я — демон, — проговорил, ухмыляясь ему в лицо: при всём моём уважении, свою любовь я буду отстаивать даже и перед самим Создателем, — не входит ли соблазн в мои обязанности? И почему здесь только ангелы?
Федорио усмехнулся, но ничего не ответил. Они с Константином переглянулись. Мелисса стала копаться в бумажках, но ничего не нашла и в отчаянии тоже воззрилась на мудрого молодого Константина. Сатана в нетерпении, чуть ли не пританцовывая, потирая руки и довольно улыбаясь, проговорил:
— Ну и ладненько, вот и всё решено, я снова забираю Солидафиэля с земли в ад…
— Не так быстро, Сатана, — наконец спокойным, почти равнодушным тоном проговорил Константин, — ситуация требует рассмотрения со всех сторон, случай-то необычный, мы должны поблагодарить тебя за бдительность, без тебя мы были бы в неведении.
Я метнул испепеляющий взгляд на хозяина преисподней и увидел, что он не ожидал такого исхода дела. Он намеревался быстренько, нестандартным образом, заручившись поддержкой ангелов как фракции, противостоящей демонам, провернуть моё возвращение к нему, подумав, что раз у святош такое намерение, то кто он такой, чтобы сопротивляться, и дьявол бы вернул меня для проворачивания своих тёмных делишек без промедлений. Эта ситуация и злила меня, и смешила одновременно. У Сатаны ничего не вышло, он всё запутал, оставив себя в накладе. Молодой ангел решил разобраться и рассмотреть дело в соответствии с законами перемирия.
Когда Сэт начал говорить, я понял, что нужен ему любой ценой. Сатана патетично вздохнул, но его горящий взор выдал его нетерпение:
— Ну что в этом такого, что такого в том, что демон очень хорошо выполнил свою работу?
Константин поднял на него свои большие прозрачные глаза, впрочем, как у всех ангелов, и в них сверкнула скрытая угроза:
— Случай необычный, Сатана, Солидафиэль — и демон и хранитель по отношению к своей подопечной, девушка видит то, что видеть не должна и… — он осторожно подбирал слова, — общается с нашим миром. Между Солидафиэлем и ею установилась связь, которой не при каких обстоятельствах быть не должно. Даже вы самолично спустились из ада. Считаю, что нужно подробнейшее рассмотрение и суд.
Я побледнел и глянул себе под ноги. Знал, что больше не увижу Дженнифер. Я был раздавлен этим пониманием и готов был убить Сатану прямо сейчас. Мой взгляд молнией прошёлся по вмиг ставшему серым лицу моего хозяина. Я ещё больше уверился в своих догадках: Сэт не просто был в беде, он нуждался во мне как в кислороде. А вот это уже было интересно, потому что с ним можно было торговаться.
