– Да, Босс? – возникший из ниоткуда финансист вытянул руки по швам и преданно посмотрел на Эль Диабло.
– Верни восемь миллионов дону Беарну-старшему и перечисли Элжберту два… с половиной: верные мне люди нуждаться не должны. Тем более, что вины Элжберта в этом ЧП нет… Потом встреться с представителями 'Виккерса' и разберись, что там можно намутить. Ясно?
– Да, Босс! Разрешите идти?
– Иди… А я пока… Анхель? Ты что делаешь, Анхель? – увидев выражение лица Дона Эухенио, Элжберт автоматически нажал на тревожный сенсор комма. И на всякий случай сместился на пару шагов в сторону. Так, чтобы оказаться в одной из двух мертвых зон кабинета…
– Анхель! Я спрашиваю, что ты делаешь! – не дождавшись ответа, зарычал Эль Диабло. – Ты вообще меня слышишь?
– Угу… – одним движением вырвав из креплений дверцу настенного бара, один из четырех недавно появившихся у Большого Босса телохранителей деловито достал из него бутылку 'Кьянти', и, быстренько разобравшись с пробкой, уселся в любимое кресло Беарна-младшего. – Слышу… Сто лет не пил настоящий 'Кьянти'…
Бутылка, описав полукруг, замерла над головой Анхеля, и ее содержимое бульканьем устремилось было в глотку телохранителя… и тут же потекло по его подбородку и груди…
'Не понял?' – ошалело подумал Элжберт, заметив, какое количество вина стекает на пол. – 'Он его что, не пьет?'
– Поставь бутылку на стол и марш в мой флаер! – рык Дона Эухенио, раздавшийся над его ухом, заставил Элжберта вздрогнуть и оторваться от созерцания странной картины.
– Это что за хрень? – удивленно посмотрев на пустую тару, ответил телохранитель, а потом, склонив голову к плечу, прислушался к своим ощущениям: – Магда! Ты что, опять лазила в МОЙ бар? Я ведь тебя предупреждал, правда? Не надо открывать МОИ бутылки! Не надо заливать в них чай, воду или минералку! Предупреждал? Ау-у-у! Магда-а-а! Ты чего замолкла, кошелка старая? Спрашиваю последний раз – я тебя предупреждал?
Обалдело посмотрев на Дона Эухенио, Беарн-младший перевел взгляд на второго телохранителя и побледнел: парень, еще несколько минут назад стоявший без движений, как самая настоящая статуя, сейчас с каким-то болезненным интересом пялился на один из мониторов системы наблюдения. Тот, который показывал гримерку и обнаженные телеса о чем-то беседующих танцовщиц…
– Дон Эухенио! Можно вас на минутку? – сделав шаг назад и уперевшись спиной в стену, еле слышно прошептал Элжберт. – У меня появилось одно очень интересное предложение…
– Какое, к дьяволу, предложение?! – отмахнувшись от него, как от назойливой мухи, Большой Босс сделал несколько шагов вперед, и, нависнув над продолжающим что-то бормотать Анхелем, изо всех сил рванул на себя его воротник: – Эй, Анхелито, очнись!!!
– Магда! Руки убери… – не поворачивая лица к работодателю, зашипел телохранитель. – Ты меня СЛЫШАЛА?
– Встать!!! – рявкнул Эль Диабло, и Элжберту на мгновение показалось, что он сходит с ума – телохранитель, только что сидящий к Дону Эухенио боком, вдруг оказался на ногах, а его руки, выпустив пустую бутылку, вдруг сомкнулись на шее Большого Босса. А потом рванули ее на себя.
– Ну, что, допрыгалась? – отпустив разом обмякшее тело Дона Эухенио и усаживаясь обратно в кресло, усмехнулся Анхель. – Теперь сто раз подумаешь, прежде чем полезешь в мой бар…
– Эй, ты, как тебя там, Берти! – услышав голос второго телохранителя, раздавшийся прямо над ухом, Беарн-младший вышел из ступора и попытался нажать на сенсор активации оружейных гнезд, скрытых за фальшпанелями. Но не успел – рука телохранителя рванула его на себя и вытащила за пределы мертвой зоны. – Как пройти вот туда?
– К-куда? – вжав голову в плечи и пытаясь сообразить, не повредилось ли что-нибудь в его шее после такого рывка, Элжберт не сразу понял, чего от него хотят.
– Туда, где сейчас находятся эти голые бабы… – мечтательно улыбнулся парень. – Это же в вашем казино, правда?
– Д-да… – с трудом заставив себя ограничиться одним кивком, ответил управляющий. – Надо выйти из кабинета, зайти в лифт, спуститься на ярус 'гамма' и найти дверь с номером восемнадцать…
– Спасибо… – ухмыльнулся телохранитель. А потом, еще раз посмотрев на монитор так, что у Элжберта мгновенно вспотели руки, вразвалочку вышел в коридор…
