— Первого мая стукнет восемнадцать. Лиз подумала: если она будет учиться в колледже, мы сможем приглядывать за ней… чем черт не шутит, может, и спасем девочку. Все фейрвикские ведьмы, поколение за поколением, старались избавить Баллардов от проклятия, да только ничего у них не вышло. Сами понимаете: не зная, в чем тут дело… В общем, это было все равно что лечить кого-то, не зная, что за болезнь… — Дори зябко обхватила себя руками. — Может, пойдем отсюда? — предложила она. — Что-то я замерзла.
Мы с Дори обошли еще дюжину домов — часть из них пустовала, в остальных же хозяева успели заранее подготовиться ко всяким неожиданностям, так что не нуждались в нашей помощи, а многие сами горели желанием помочь. В другое время я бы только радовалась изобретательности и отзывчивости своих новых соседей, но сейчас мне было не до этого — меня очень беспокоила Ники Баллард, и вдобавок я ужасно скучала без Пола. Я попыталась пару раз позвонить ему, но всякий раз натыкалась на голосовую почту. Скорее всего, обзванивает аэропорты или пытается взять машину напрокат, успокаивала я себя.
Я продолжала пребывать в мрачном настроении до самого вечера — пока не вернулась домой и не обнаружила, как волшебно преобразился в наше отсутствие «Дом с жимолостью». Братья Олсен развешивали на деревьях гирлянды разноцветных лампочек. Заметив нас, Брок включил их, и я на миг онемела. Крохотные огоньки сверкали и переливались среди замерзших ветвей словно… да-да, как в сказке. Я порывисто обняла Брока и тут же пригласила их с братом на ужин. Страшно смутившись, Брок покраснел, но охотно согласился. Уже на пороге меня приветствовали изумительные ароматы жарившейся индейки и тыквенного пирога, слабое потрескивание горевших в камине поленьев и классическая музыка. Джен Дэвис, которую привела с собой Диана, сидела в гостиной — вороша поленья в камине, она о чем-то болтала с Ники и Марой Маринкой. Увидев меня, Ники робко улыбнулась — наверное, все никак не может забыть мое появление в их доме, догадалась я. Глядя на нее, такую хорошенькую, юную, я мысленно дала себе слово, что не позволю какому-то дурацкому проклятию сломать ей жизнь.
Похлопав Ники по плечу, я взяла бокал с пуншем, который она сунула мне в руки.
— Чертовски крепкая штука, — предупредила она. — А мы с Марой отыскали для себя старый добрый клюквенный сок.
Мара, вежливо улыбнувшись, отсалютовала мне своим бокалом:
— Ники и Джен объяснили, что в вашей стране запрещается употреблять алкоголь тем, кому еще нет двадцати одного года. Как-то странно — получается, голосовать, водить машину и воевать до двадцати одного года можно, а выпить кружку пива или бокал вина — нет.
— Да, это странная страна, — глотнув пунша, подтвердила Джен. — Кстати, я все хотела спросить: откуда вы родом?
Я оставила Джен на свободе терзать Мару — может, ей удастся выяснить, из какого уголка истерзанной гражданскими войнами Восточной Европы она прибыла к нам, — а сама отправилась на кухню. Феникс и Диана поливали соусом жарившуюся в духовке индейку, в то время как Лиз Бук, в неизменных жемчугах и туго накрахмаленном белоснежном переднике, раскладывала на противне сладкий картофель.
— Ой, как хорошо, что вы вернулись! — увидев меня, закудахтала Феникс. — Может, поставишь стол? По моим подсчетам у нас будет тринадцать человек… ах да, звонил твой приятель. Предупредил, что застрял в Буффало — билетов на самолет не достал, а машин вообще ни одной нет. Просил передать, что утром снова попробует арендовать машину.
— Господи, значит, ему придется на День благодарения торчать в отеле! — ужаснулась я.
— Ну, не похоже, чтобы он очень расстроился, — вмешалась Лиз. — Феникс включила громкую связь, так что мы все слышали, что он говорит. Похоже, у них там будет вечеринка. Он сказал, что пассажиры их самолета решили отпраздновать День благодарения вместе. Вероятно, ситуации вроде той, что пришлось пережить им, очень сближают, — заметила она.
— Ну, наверное… и все-таки жаль, что он не сможет приехать. Мне очень хотелось, чтобы он познакомился с вами, — вздохнула я.
Остаток вечера я едва не сбилась с ног, стараясь везде поспеть, так что у меня не было времени расстраиваться из-за отсутствия Пола. Первым делом, призвав на помощь Ники и Мару, я поставила стол для тринадцати гостей (интересно, кто этот тринадцатый гость, гадала я), потом побежала наспех, принять душ и переодеться. Какая-то добрая душа оказалась у меня в спальне и даже набросила шаль на изуродованное изголовье кровати. Единственным свидетельством ночного дебоша были наспех заколоченное окно да несколько капелек расплавленного железа на полу.
Заглянув в стенной шкаф, я никак не могла решить, что надеть (просто бриджи со свитером или бархатную мини-юбку с атласным топиком).