— Понимаете, эти символы не просто ритуальные, — продолжал он, понижая голос, словно рассказывая секрет, — они обладают
Тут я осторожно покосилась на Барсика. Кот, словно почувствовав тревогу, нахмурился (а я даже не знала, что коты могут хмуриться) и снова тихо, но выразительно фыркнул. Его выражение, впрочем, было понятным без слов:
— И вы хотите, чтобы я… перевела это? — уточнила я, сдерживая порыв нервного смеха. Казалось, что профессор сейчас попросит меня "открыть портал в другое измерение" или, на худой конец, "призвать духа древнего шамана".
— Да, да, конечно! — он почти подпрыгнул от радости. — Вы не волнуйтесь, текст сам по себе абсолютно безопасен. — Эти слова прозвучали с таким неуверенным оптимизмом, что у меня мелькнула мысль: профессор явно считает, что этот текст какой-то там суперсверхестественный.
— И всё же… Вы уверены, что это не какой-нибудь… кхм… обряд по вызову чего-то, э-э… недружелюбного? — я приподняла бровь, пытаясь не рассмеяться.
— Ну что вы, — смутился профессор. — Просто старые символы, древние заклинания… максимум, что может произойти — это слабая аура или, скажем, какое-то… лёгкое присутствие. Ничего серьёзного!
"Слабая аура"? "Лёгкое присутствие"? Барсик посмотрел на меня с таким выражением, будто профессор только что предложил мне накормить его бюджетным кормом. Он злобно хлестнул себя хвостом по бокам и громко мяукнул, что, видимо, в его языке означало:
Но сумма, предложенная профессором, была слишком соблазнительной, чтобы просто сбежать. Да и, честно говоря, внутри меня всё же разгоралось лёгкое любопытство — что если этот манускрипт действительно стоит того, чтобы рискнуть?
— Только древние заклинания, ничего серьёзного! — бормотала я, передразнивая профессора, когда звонок закончился.
Видимо, я окончательно сошла с ума, если всерьёз подумываю взяться за эту работу. Но… оплату он предложил такую, что я могла бы месяц жить без мысли о том, как правильно заваривать кофе по второму кругу. Профессорское предложение слишком соблазнительное, чтобы отказаться.
Кстати, а откуда я вообще знаю древние языки? Тут, наверное, стоит сделать небольшое отступление. Когда я поступала на филологический факультет, у меня были большие мечты. Я собиралась стать переводчицей редких текстов — знаете, разгадывать тайны прошлого, копаться в манускриптах, раскрывать заговоры эпохи Возрождения. Но, как оказалось, в реальной жизни заказы типа "Срочно! Перевести древний свиток!" случаются редко. Очень редко. Практически никогда. Обычно приходится ограничиваться переводами инструкций к кофемашинам, да к "случайно" купленным на Алиэкспрессе магическим "амулетам счастья".
Так что когда я учила латынь, древнегреческий и немного шумерского, я думала, что это "пригодится". Наивная. Годы прошли, и теперь я больше помню, как по-латыни звучит "взять кредит", чем как перевести древнее проклятие. Хотя… кто знает, может, и это мне ещё пригодится.
Барсик же, кажется, всё понял сразу. Он сидел напротив и смотрел на меня с таким выражением, как будто только что выяснил, что его хозяйка окончательно свихнулась.
Едва я открыла файл с изображениями манускрипта, как Барсик будто бы взорвался от энергии. В ту же секунду его пушистая задница оказалась на клавиатуре, а передние лапы взлетели в воздух, когда он встал на задние, растянувшись всем своим не таким уж маленьким телом, чтобы дотянуться до экрана. Он смотрел на изображение так, будто собирался лично прочитать этот манускрипт и вынести ему свой суровый, кошачий приговор.
Я захихикала. Представьте себе кота — настоящего такого, пушистого, с вечно снисходительным взглядом и любовью к мягким пледам — вдруг осознавшего, что его призвание в жизни, оказывается, перевод древних текстов.
— Барсик, ты что, тоже переводчик древних языков? — поддразнила я, аккуратно пытаясь стянуть его лапы с экрана.
Барсик отреагировал моментально. Сначала он посмотрел на меня, как на последнее существо на земле, которое в состоянии понять его истинный потенциал. Его жёлтые глаза сузились в тонкие щёлочки, полные обиды и… даже какого-то священного негодования, будто я только что публично усомнилась в его высоком статусе древнего мага.
А потом произошло нечто странное. Барсик снова повернулся к экрану, внимательно уставившись на символы, которые были изображены на старинной бумаге с чёрными потёртыми краями. И тут — безо всякого предупреждения — он вдруг зашипел, как будто перед ним был не монитор, а самый настоящий враг рода кошачьего. Резко отскочил, задрав хвост, и на всякий случай ещё раз зашипел, чуть отступив и внимательно изучая картинку со стороны.