Давным-давно, когда разгорелась война между эльфами и троллями, некий смертный, воспитанный эльфами, по имени Скафлок, бежал из Англии, чтобы искать помощи в Сидхе. Он унес с собой сломанный меч – Тирфинг. Лишь этот меч мог принести победу народу Скафлока, которому грозила страшная опасность. Но только один кузнец способен был помочь горю – слепой великан Больверк, живущий в далеком Джоунхейме.
В Ирландии Скафлок свел дружбу с Мананааном Мак-Лиром. И они вместе отправились в дальнее плавание. Лодка их была мала, но стихии покорялись Мананаану, которому поклонялись жители Зеленого Острова еще до того, как сюда пришел Христос. К тому же нос лодки украшало изображение головы Фанд, его жены.
Чем дальше продвигались они на север, тем труднее становилось плавание. Темнота опустилась на море. Вокруг покачивались громады айсбергов. Холод сковывал тело. Изредка доносилось завывание каких-то странных существ. Мананаану приходилось прикладывать все силы, чтобы бороться с ветром и волнами.
И все же наступил момент, когда осталось только сидеть и ждать, коротая время в беседах. Мананаан развалился на скамье, глядя на Скафлока, который держал руль. Высок был Мананаан и красив со своими зелено-золотыми кудрями. В глазах его играли все краски океанской волны. На нем был зеленый плащ, белая туника, золотые браслеты. Перебирая струны лютни, он сказал:
– Друг мой, перед тобой лежит далекий путь. Ты плывешь навстречу своей судьбе, и никто не скажет тебе, какова она будет. В тебе течет чужая кровь, и мой народ не понимает, что движет тобой. Сейчас весь мир стоит на пороге неведомого.
И все же, зная то, что было, мы можем понять то, что есть, и даже то, что будет. Я думаю о том, что происходило в Ирландии около сотни лет назад. Твои предки участвовали в тех событиях, и даже я, под конец. Я не постиг подлинного смысла событий и сомневаюсь, что это удалось кому-нибудь другому. Разве что какому-нибудь великому богу, с которым я недостоин даже разговаривать.
Но я расскажу тебе обо всем. Не знаю, поймешь ли ты что-нибудь. Но если и не поймешь, то мы хотя бы скоротаем время.
Викинги приплыли в Ирландию первого апреля. В этот день с моря дул холодный ветер. Он наполнял воздух свистом и водяной пылью. Сквозь просветы в тучах, мчащихся по небу, солнце метало в землю огненные копья. Волны с белыми гребешками катились по темному заливу и встречались с черными водами впадающей в него реки Шеннон. Леса вдоль берегов уже покрывались листвой, зазеленели луга. Рваные клочья дыма вырывались из труб крестьянских домов, но Халдор был уверен, что жилища пусты: их обитатели попрятались, завидев паруса.
Но нет – из часовни выбежали монахи и заметались с криками по берегу, как перепуганные птицы возле разрушенного гнезда. Они могли бы скрыться на нескольких маленьких лодках, но Халдор застал их врасплох, во время молитвы. Норвежские драккары плавают очень быстро, а монахи не успели припрятать церковные ценности.
Халдор смотрел с корабля на взбудораженных монахов. Он приказал спустить парус и взяться за весла. Сорок человек налегли на них, по два на каждое, и «Морской медведь» устремился к берегу. Гребцы запели в такт ударам весел: «О Тор! О! Один! Помогите нам!» Хриплое пение сливалось со скрипом уключин, плеском волн, хлопаньем неуложенного паруса. Сверкали шлемы и кольчуги. На верхней палубе стоял Ранульф, сын Халдора, положив руку на голову медведя, украшающую нос корабля. Взгляд Халдора скользнул ниже, между бровями пролегла угрюмая складка. На палубе у ног Ранульфа скорчилась женщина. Хотя плащ с капюшоном закрывал ее почти всю, Халдор видел сложенные ладони и понимал, что она шепотом призывает своего Белого Христа. Халдор коснулся маленького серебряного молоточка, висевшего у него на шее. Он хотел получить знак от Тора.
И Тор услышал его. Халдор отбросил сомнения и страхи. Святые и ангелы не пришли к ней на помощь, когда норвежцы спалили селение несколько дней назад и Ранульф притащил ее на корабль. Она одна из всех жителей уцелела. Ранульф и его друзья решили, что она достаточно хороша собой, чтобы остаться в живых… по крайней мере, пока…
Халдор подумал о двух других кораблях – «Регинлейфе» Эгиля Стрелы и «Шарке» Сигурда Тругвасона – и поискал их глазами. Он не доверял клятвам в вечной дружбе. Куда верней надежда на легкую и богатую добычу.
Многие считали его чересчур осторожным: отличный мореход, но не викинг. Халдор не обижался. Да, он купец, и в набег его погнала не удаль, а нужда. Он не дотянул бы до сорока пяти, годись его голова только для того, чтобы носить шлем. Вот и в Армаге, на севере Ирландии… Сколько там полегло храбрых воинов. Они уже не вернутся в Норвегию…
