— Эжен, что не так с моим артефактором? — казалось бы, такой простой вопрос, но почему же комиссар замялся и отступил от меня на шаг назад?
— Вардан. Не всем люди спокойно реагируют на наготу свою или чужую, тем более особы аристократической крови.
— Стоп, аристократической? — шерп, до меня только дошло. — Он же кузен Стаут. Точно. Парень просто никогда не указывал на принадлежность к роду и я воспринимал его как обычного человека.
— Да, не все подчеркивают свою принадлежность к высшему свету, есть те, кто старается скрыть это. И избегает его любыми способами.
— Как ты? — интересные люди меня окружают. Всегда интересовали причины, по которым человек отказывается от власти, денег и поддержки семьи.
— И я в том числе. Я не скажу, что мы выбрали себе судьбу тяжелее жизни в лоне семьи. Отнюдь, иногда людям вроде меня или Эспена проще среди обычных жителей королевства, не обремененных обязанностью крутиться в серпентарии высшего света, — я кивнул ему, ведь был полностью согласен. Сам предпочитал дельцов аристократам, за редким случаем, когда эти две черты сочетались в одном человеке или демоне.
Как в отце леди Стаут, например. Приятный мужчина, осторожный и, как говорят, очень честный. На его территории трудолюбивый народ живет очень хорошо, а остальной не выдерживает, уезжает. Не покровительствует лорд Стаут любителям легкой наживы и дармоедам.
— Я готов, — хлопнула дверь и в коридоре появился Эспен.
Мы вовремя спустились, пусть на границу и отправляются самые терпеливые, но предел есть всему.
— Что ж, — начал Фьерн, стоило нам сесть за стол. — Я рад, командир, что доверие между нами не исчезло. Армин отметил вас в журнале, да тактично поинтересовался, потом, проходили ли вы и спрашивал ли кто про вас. Ну на первый вопрос постовые ответили просто.
— Как? — вырвалось у Эспен.
— Посмотреть в записях, — недобро хмыкнул Галант, посмотрев на парня.
Мы ему точно не нравились. А конкретно Блейк. Ведь, как я понял, защиту он так и не стал снимать, лишняя предосторожность, но почему-то мне хотелось его поблагодарить за такой жест беспокойства.
— Отлично, — сказал я. — Это нам же и надо?
— Да, — Фьерн улыбнулся, кинув предостерегающий взгляд на Галанта. — И о вас спрашивали. Самое странное, что постовой не смог вспомнить не только, как выглядел этот человек, но и был ли он человеком…
— То есть мы так и не знаем, какая из сторон играет против нас? — Эжен расстроился.
— А есть такая вероятность, — и почему Эспен вообще это в голову пришло? — что в заговоре участвуют и люди, и демоны.
— Люди-то точно, — я повернулся к парню. — Все же ту троицу заколдовывал маг.
— Не без помощи демона, — покачал он головой.
— Может ему заплатили? — Армин был самым добродушным из группы Фьерна. — Деньги в любой стране деньги.
— И ты знаешь, какой демон будет участвовать в подобном за деньги? — мне претила мысль о подобном.
— Вы, арх, забыли, что война подкосила оба народа, — ответил за молодого демона Галант.
— А кушать хочется всем. Вот, например, этот мальчик, — он кивнул на Эспена. — Держит защиту на вас троих и даже глазом не моргнет. Он просто не ощущает потери магии. Вы ведь знаете, что это значит? — не дожидаясь ответа, пограничник продолжил. — Ваш Эспен может убить нас всех одним движением пальца, мы даже задуматься об этом не успеем.
Представляете, какая это сила? А он работает на вас, на заводе. Артефактором. Вас ничего не смущает? А меня смущает. Я видел на войне, что делают маги послабее него. И лучше пойду помогать человеку за деньги, чем вот такой придет в мой дом, к моей семье…
— Я тебя понял, — я вздохнул, ведь это правда, старый добрый шантаж никто не отменял. И обнаружил, что все демоны, включая меня, откинулись назад, инстинктивно отдаляясь от Эспена. Демоны, но не Эжен.
— Спасибо, друг, — артефактор повернулся к стражу. — Я рад, что хотя бы ты не видишь во мне угрозу вселенского масштаба.
— Просто я хорошо тебя знаю и понимаю, — улыбнулся Эжен и почти незаметно пожал Эспену руку за столом. Почти. Смутные, еще не оформившиеся подозрения странными образами возникли в голове.
— Я рад вашей идиллии, но давайте уже есть! — рявкнул Галант, а Фьерн с Армином, рассмеявшись, начали раскладывать еду по тарелкам.
Эспен Эйвори Стаут (Блейк)
Я не знала, что это было, но жест Эжена нашел в моей душе отклик. Никто со мной себя так не вел. Вернее. В академии парни пытались первое время «кадрить», тоже были милыми и ласковыми, но ровно до того момента, пока не понимали, что в постель к ним запрыгивать я не собираюсь. Да и те, кто видел мою силу в действии, держались от меня подальше. Но страж другой. Я точно знаю. Он прекрасно понимает, что такая, как я, не отдаст невинность кому попало. Значит, его поведение можно спокойно воспринимать как проявление дружбы, и это безумно приятно. А вдруг это нечто большее? А что, папа обещал, что прислушается ко мне в вопросе моей семейной жизни. А Эжен все же аристократ. Шерп!
