Через минуту нос Машки украсился кривым бежевым крестиком, а Денис и Полина принялись лупить Эдика.
- Эдик, запомни ты уже раз и навсегда – никому нельзя кидаться в людей камнями! – сказал проникновенно Денис.
- Но вы же сами кидались! – заверещал Эдик. – В меня!
- Вносим уточнение в наше заявление, - на секунду задумалась Полина.
- Да, вносим. Никому нельзя кидаться в людей камнями, кроме нас, - заключил Денис.
- А почему вам-то можно? – спросил подошедший Федосеев. – Вы что, какие-то особенные?
- Мы не особенные, мы просто добрые.
- Добрым можно.
- А что вы меня бьете тогда, если вы добрые?! – завопил Эдик.
- Так это же победа добра над злом! – заявила Полина. – Эдик, не тупи!
- Ой, да мне не бовно уже почти, не втрогайте его! – слегка гундося, попросила Машка. – Оно бывтро завывет, у меня ве... ну вы внаете, фто...
Близнецы оставили Эдика в покое. Да в общем-то, они его особо и не трогали. Так, слегка влындили, чтоб не жульничал и не портил игру, потому что это вот все вообще неправильно.
Но Эдик все равно смертельно обиделся и сказал, что больше играть в войну не будет. Он теперь пацифист.
- Значит, завтра будешь медиком, - сказала Полина. – Медику можно быть пацифистом.
- Причем ты будешь на нашей стороне, потому что Машку завтра гулять не пустят, - добавил Денис.
- Это повему ифо? – прогундосила Машка.
- Потому что твоя мама скажет, что мы плохо на тебя влияем и разбили тебе нос, - сказал Денис. – Послезавтра она отойдет и позволит тебе снова с нами дружить, но завтра ты будешь сидеть дома и втыкать в учебник, делая вид, что читаешь.
- Не буду я больше с вами играть! – вспылил Эдик.
- Эдик, выслушай, - положила ему руку на плечо Полина. – Ты сам затеял эту войну. Пути назад нет, Эдик.
- Отвалите, я папе пожалуюсь! – стряхнул ее руку Эдик. – Он на вас вообще злится страшно, потому что вы в него мороженым кинули!
- Мороженое-то вкусное было, - укоризненно сказала Полина. – Мы его, можно сказать, от сердца оторвали.
- Вот и отдали бы лучше мне, чем кидаться!
- Эдик, у нас не настолько много мороженого.
- Мы использовали его для более важной цели.
- Пойми это, Эдик.
- Да вы жлобы просто! – завопил Эдик. – Вы по жизни жлобствуете, как не пацаны вообще! Вы и яблоки жлобитесь, и шоколадки жлобитесь, и мороженку жлобитесь, и вообще ничего у вас не допросишься!
- Мы не жлобы! – возмутилась Полина.
- Жлобы!
- Не жлобы!
- Жлобы, жлобы, жлобы!.. – затопал ногами Эдик и убежал в подъезд.
Близнецы вздохнули и переглянулись. Почему-то им стало ужасно обидно, хотя это всего лишь Эдик и пошел он нафиг, он сам жлоб.
- Пацаны, я домой, вон мой репетитор идет, - махнул им рукой Илюха Щастинский.
Машка тоже распрощалась, спеша показать разбитый нос маме. Ушел ужинать и Димыч, да и все остальные солдаты двух враждующих армий. Денис и Полина остались в одиночестве – вернулись в свою снежную крепость и грустно уселись там, глядя на ночное небо. Солнце уже час как зашло.
- Фурундарок, а мы правда жлобы, что ли? – спросил Денис.
- Конечно, - вышел из снежной башни голый младенец. – Но вы можете загадать желание, чтобы перестать быть жлобами. Это легко.
- Да иди ты нафиг, мы не жлобы! – запротестовала Полина. – Мы всегда всем делимся!
- Да, мы с Машкой и Димычем шестое желание разделили!
- А седьмое вообще не для себя, а для всех загадали!
- Хоть ты нам его и испортил!
- Все равно вы жлобы, - ответил Фурундарок. – Это ваша глубинная суть. Я-то вижу.
- Неправда!
- Неправда вообще!
- Мы бы со всеми во дворе восьмое желание разделили, но ты же не согласишься!
- Соглашусь, - внезапно сказал Фурундарок. – Я согласен, чтобы вы отдали восьмое желание своим друзьям. Чтоб у каждого из них было по желанию.
Близнецы недоверчиво притихли. Они переглянулись, помолчали, и Денис спросил:
- А в чем подвох?
- Мне надоело ждать, - проскрежетал Фурундарок. – Я согласен сотворить несколько лишних мелких чудес, если это приблизит окончание контракта.
Ему действительно надоело. Денис и Полина ничего не загадывали больше месяца – и Фурундарок изнывал от нетерпения. Он видел, что упрямые дети могут ждать еще очень долго, и кипел от ярости.
- Но у меня будет несколько условий, - поспешил уточнить Фурундарок. – Первое – желание получают только те, кто сегодня участвовал в битве.
- Но по обе стороны! – заявила Полина.
- Уверена? – глянул на нее Денис. – Что, и Эдик с Федосеевым? И даже Жека?
- Да ну, пусть все, а то нас опять жлобами назовут!
- По обе стороны, - кивнул Фурундарок. – Я согласен. Но второе условие – они не должны узнать, что у них есть желание. У каждого из них исполнится первое же желание, которое они просто произнесут вслух. Любая фраза, в которой будет слово «хочу», «желаю», «пусть будет так», «вот было бы здорово» и вообще что угодно, что можно посчитать желанием.
- Но только если это желание не вредоносное! – заявил Денис.
- Да, никакого зла чтобы! – кивнула Полина.
- Что вы понимаете под злом, маленькие недоноски? – кисло глянул на них Фурундарок.
- Сам знаешь! Чтоб никого не убили и не покалечили!
- И не ранили!
- И не украли ничего!
- И в тюрьму не посадили!
- Сам должен понимать!
