- Это что – у всех демонов внутри... вот такое? – с трудом проговорил Денис.
- Только у гхьетшедариев, - ответил Фурундарок.
- И у всех оно... такое огромное?
- Нет, у остальных поменьше. Мой анклав – почти самый большой.
- Почти?.. То есть у кого-то все-таки больше?
- У Дибальды больше, - неохотно признался Фурундарок. – У этой прожорливой жирной туши.
- У них у всех тоже там... города с людьми и горы всякой дряни?
- У меня там города с людьми?! – поразился Фурундарок. – И что, их много?!
- Да, и они тебе поклоняются.
- Некоторые из них, - уточнила Полина. – Остальные тебя ненавидят.
- Ты что, сам не знаешь, что там у тебя внутри? – удивился Денис.
- А откуда мне это знать-то?! – вспылил Фурундарок. – Я там ни разу не был!
- А почему?
- Сложно, знаете ли, побывать внутри самого себя! – упер ручки в боки Фурундарок. – Вы вот свой желудок изнутри видели?!
- Кхр-рм!.. – перебили их. – Простите, а в этом разговоре всем можно участвовать?
Денис и Полина втянули головы в плечи и обернулись. Над ними грозно нависли дядя Витя и Лариса Павловна. Учительница выглядела донельзя разозленной, участковый – скорее растерянным. Они переводили взгляды с близнецов на Фурундарока, причем на Фурундарока смотрели с нешуточным страхом.
Что же до Буськи, то она сразу же улепетнула.
- Вот я сам не псих... – очень осторожно начал дядя Витя. – По крайней мере, я так думал до сегодняшнего дня... Я в пришельцев не верю... и вообще я атеист до мозга костей... так вот...
- К чему эти откровения? – брезгливо спросил Фурундарок. – Ты никому не интересен.
Дядя Витя сглотнул, но все же закончил:
- Я просто хочу сказать, что мне и раньше рассказывали про случаи... когда люди просто внезапно исчезали... гм... и их никто никогда больше не находил... был у нас один случай на участке... м-да... Я иногда думал, что странно оно как-то все... нечистое что-то... Но я вот, честно, не думал, что тут оно вот так... как бы это сказать...
- Вить, да хватит уже! – перебила его Лариса Павловна. – Мне кто-нибудь вообще объяснит, что это вообще было такое? Мы где были только что? Мы как туда попали? Это что за младенец? Померанцевы, какое вы имеете к этому отношение?
- Да это просто Фурундарок, - ответила Полина.
- Да, он живет у нас под диваном и ест игрушки, - добавил Денис. – Иногда людей.
Лица учительницы и участкового резко вытянулись. Мальчик это заметил и поспешил заверить:
- Но он у нас временно! Ненадолго!
- Ненадолго, - медленно повторила Лариса Павловна. – Временно.
- Временно. Ненадолго.
- Так, я не знаю, что происходит, но я вам сейчас врежу, - пообещала учительница.
- Лариса, держи себя в руках, - попросил дядя Витя. – Я им сам врежу.
- Тебе нельзя. Ты мент. Ментам нельзя бить детей.
- А учителям можно?
- Конечно. Если что, я скажу, что они первые начали. А ты подтвердишь.
Денис и Полина печально переглянулись. Фурундарок по-прежнему сидел на унитазе, весело болтал ножками и наслаждался происходящим. А дядя Витя и Лариса Павловна смотрели то на него, то на детей, то друг на друга. Им было тяжело переварить все произошедшее – и их сложно за это винить.
- Знаешь, Ларис, а чего мы тут, собственно? – задумчиво сказал вдруг дядя Витя. – Главное же, что все хорошо закончилось? Пойдем отсюда. Пообедаем, что ли. Я приглашаю.
- Да ты... а, хотя да, - моргнула Лариса Павловна, когда участковый пихнул ее в бок. – Пойдем. Я соскучилась по нормальной пище.
Они попятились. Не отрывая взгляда от Фурундарока, двинулись прочь. Денис же и Полина переглянулись еще печальнее.
Им обоим стало ясно, что едва эти двое выйдут за дверь, едва уйдут подальше от всепожирающего младенца, как у близнецов начнутся страшные проблемы. Неизвестно, куда взрослые сообщат, кого позовут, кому расскажут... но ничего хорошего Денису и Полине это точно не предвещает. Отнимут у них и Криабал, и Фурундарока... хотя Фурундарока отнять не сумеют, наверное, но это будет еще хуже.
Они молча достали из ранца Черный Криабал, положили на него руки и уныло сказали:
- Мы хотим, чтобы дядя Витя и Лариса Павловна забыли обо всем, что с ними случилось сегодня и вчера. Чтобы они перестали вообще помнить, что тебя видели, и не пытались вспомнить.
- Исполнено, - щелкнул пальцами Фурундарок. На его лице заиграла предовольная улыбочка.
А по лицам учительницы и участкового словно пробежала тень. Их глаза на секунду поблекли, а потом они недоуменно заморгали, стали озираться.
- Что-то у меня помутнение, - первой сказала Лариса Павловна. – Померанцевы, это вы, что ли? Я где?
- Вы в школьном туалете, Лариса Павловна, - грустно ответил Денис.
- Ага. А почему я в школьном туалете? Ничего не помню.
- Так, подождите, а я где? – заговорил и дядя Витя.
- А вы тоже в школьном туалете, дядя милиционер, - объяснил Денис.
- Полицейский, - машинально поправил участковый. – Я полицейский. Пора бы запомнить, нас давно уже переименовали.
- Ладно, мы пошли! – выскочили за дверь близнецы, схватив Фурундарока и ранец.
- Подождите-ка! – дернулась за ними Лариса Павловна. – А это что за ребенок? Что это за ребенок у вас, Померанцевы?
