Утром, едва проснувшись, проверил изобретение. Задумка не подвела. В нижней точке двухметрового гамака поблёскивала сконденсированная за ночь влага. Обрадовано слил долгожданную воду в крышку термоса и осторожно глотнул. Удивительно, вода как вода. Приободрившись, прожевал кусок шоколадки и тронулся в путь.
Устало смотря под ноги, монотонно побрёл к горам. Местность понемногу начала меняться. Барханы измельчали и выровнялись, стали попадаться засохшие корявые деревца. «А мы плывём по Африке, по Африке, по Африке…» – в такт дыханию, назойливо крутилась в голове незатейливая мелодия.
С небольшими перерывами упрямо продолжал двигаться к цели. Горная махина становилась всё больше, стали попадаться мелкие камни и чахлая сухая трава. К заходу солнца до гор осталось всего километров пять, но изрядно умотавшись, решил остановиться. Привычно собрал конструкцию для сбора воды, распинал ногами мелкие камни, залез в спальник и мгновенно уснул.
Утром разбудили странные резонирующие звуки. «Вот блин, ну даже в глухой пустыне человеку поспать не дают. Там были лягухи, а кто тут? Судя по звукам, именно так может орать самец карликовой коноплянки, с трудом поместившийся в зарослях двухметровой конопли» – ехидно воспроизвёл характерный голос Николая Дроздова.
Позавтракав способом скромного монаха-отшельника, уселся на ближайший валун, задумчиво теребя металлическую полоску рюкзака. «Так, до цели я практически добрался. Подойду к подножию гор, попробую отыскать ручейки. Макушки наверняка подтаивают. Ручеек потечёт к реке, а на реке люди. А там и домой легче добраться» – размышляя таким образом, машинально прижал край железки к камню и начал дребезжать в такт окружающим звукам.
Сзади послышался шорох. Резко повернулся на звук. На соседнем валуне, независимо вращая глазами в разные стороны, нервно вихляя скруглённым в кольцо хвостом, сидел самый настоящий хамелеон.
«О! Так вот ты какой северный олень! Такой здоровенный. А я-то думал вы только в джунглях водитесь!».
Между тем, хамелеон, изрядно раздражённый таким явным отсутствием классического музыкального образования, издал протестующий дребезжащий звук, и замер, сведя глаза в кучу, гордо смотря в небо.
Алексей, подавившись хохотом, объявил:
– Ну что, ударим рок в вашей дыре!
Прижав один конец железяки к камню, с силой поднял и отпустил другой. Железо издало низкий вибрирующий гул. Окружающая какофония звуков мгновенно стихла.
– Понял, как надо? Так должен реветь каждый уважающий себя хамелеон! – назидательно обратился к рептилии. Хамелеон принял бледно жёлтый цвет, затих и прижался к камню.
Алексей улыбнулся и развернулся к рюкзаку. Только минут через пять потрясенная окружающая фауна смогла издать сначала робкие, затем всё усиливающиеся звуки. Закинув рюкзак, неспешно побрёл в сторону гор. Сзади раздался негодующий вопль.
– Ну чего опять? – досадливо повернулся, дивясь страхолюдности рептилии.
За время, пока собирал пожитки, хамелеон тихонько подобрался почти вплотную. На глаз зверушка тянула сантиметров на шестьдесят вместе с хвостом, покрытое мелкими бугорками тело легко меняло цвет. Тело прочно опиралось на маленькие когтистые лапы, а мордашка заканчивалась тремя забавными небольшими кожистыми рожками.
– Ну чистый красавец. Слушай, прости за нескромный вопрос. Ты это, вообще девочка или мальчик? Не, ты не подумай, я только чисто из любопытства. Не очень в вас разбираюсь. Молчишь? Обиделся что ль? Ладно, извини, глупый вопрос. Конечно, с такими рогами можно быть только мальчиком. Да что там мальчиком, настоящим самцом! – насмешливо хмыкнул.
Хамелеон слегка добавил красноты в цвет и нервно переступил передними лапами.
– Что? Взять на ручки? Тебя? Да ты с ума сошёл! Наверняка под стольник весишь! Не, даже и не упрашивай! Ты наверняка какой-нибудь исчезающий редкий вид и занесён в Красную книгу, да и вообще, я домой иду, а у нас там немного туговато с насекомыми в зимний период. Ну что ты опять так глаза вытаращил? Снег у нас! Холодно! С едой напряжёнка, понимаешь, нет? Всё, хорош, я и так с тобой заболтался! – повернулся уходить.
Пройдя метров двадцать, оглянулся. Настырная рептилия сосредоточенно ковыляла по камням вслед. Подождав упрямца, сокрушённо вздохнул:
– Слушай, а ты умеешь убеждать! Короче, давай так, дружище. Совершенно бесплатно подвезу тебя до ближайшей речки. Там птички, рыбки, может подружку какую-нибудь посимпатичней найдёшь. Кстати, советую поискать такую же зелёненькую, но без рогов. Сам понимаешь, дамы народ вспыльчивый. Какого-нибудь жучка не поделишь, а она хрясь тебе рогом в бок. Тебе такое счастье надо?
Хамелеон возбуждённо покраснел.
– Нет-нет, ты не подумай, это я так, к примеру, – поспешил успокоить Алексей. – Нравятся тебе рогатые и пусть нравятся. На вкус и цвет товарища нет. Но всё-таки согласись, женщина без рогов выглядит гораздо симпатичней…
Хамелеон критически повернул глаз.
– Что нет? Ну нет, так нет. Ладно, решено. На период миграции будешь проходить под оперативной кличкой Чучундрик. Ну чтоб погранцы не догадались. Ты не против?
