Решив не забивать себе голову, я аккуратно ступила на крыло. Со мной случалось всякое. Но катание на драконе — это единственная вещь, которую я буду вспоминать в глубокой старости. Тепло и мягкость — вот, что я ощущала, пока поднималась наверх. Мне казалось, что я трогаю нежнейший бархат, сотворенный руками искусных умельцев. Я вспомнила слова Марикуса о том, что дракон показывает свою истинную суть/свое истинное обличье только для одной единственной женщины. Тогда почему Варкон так легко явил себя? Марикус мне чего-то не рассказал? Или… сам Варкон решил о чем-то не говорить?
А это наш дракоша, в которого превращается Варкон:)
Мои ожидания от дома Марикуса резко контрастировали с реальной картинкой. Я предполагала, что меня встретит древний замок, острые крыши которого будут венчать причудливые флюгеры. Но оказалось, что место, где родился и рос Марикус, представляло собой вполне себе современный город.
Вместо маленьких домиков с соломенными крышами были многочисленные многоэтажки, которые возвышались над землей причудливыми изваяниями. Я видела горящие неоновые вывески магазинов. Язык, на котором они были написаны оказался незнакомым, и я не могла прочесть, что предлагали покупателям. Теперь уже даже поселением это место нельзя было называть. Огромный белоснежный город.
Пока мы летели к дому Марикуса, в отдалении в небе я увидела летательный аппарат необычной формы.
— Что, такую птичку нельзя было отправить за мной? — фыркнула я, точно зная, что дракон слышит мои слова.
В голове появилась картинка, от которой невольно вспыхнули щеки. Дракону нравилось ощущать меня верхом.
— Не стыдно вам, господин Варкон? — смущенно возмутилась я. — Да и потом, вы же даже не знали, как я выгляжу.
Следом очередной застывший кадр. Все понятно: Марикус каким-то образом передал мое изображение своему родственнику. И нет бы, поганец, подходящий момент выбрал. Он сфотографировал меня спящую после перехода! И только сейчас я узнала ма-а-аленькую подробность: под одеялом я была совершенно обнаженной! Голые плечи белели ярким тому доказательством!
В копилку ответов, которые мне задолжал бывший Иной, добавился еще один. «Душу вытрясу, а узнаю, кто меня раздел!» — мысленно пообещала сама себе.
Тем временем заметила, как зверь постепенно начал снижаться. А это значит, я скоро увижу отца и мать Марикуса. Большие белоснежные крылья подхватили нужный поток воздуха, позволивший дракону спланировать на землю. Мощные лапы с глухим звуком коснулись земли. Крыло снова расстелилось по земле, позволяя мне безопасно спуститься вниз.
На территорию перед домом высыпал народ. Мужчины и женщины были одеты одинаково, и я сделала вывод, что передо мной — прислуга. Я вдруг осознала себя важной гостьей здесь. Только вот не почувствовала себя польшенной. Ощущение наигранности и искусственности момента не желало покидать сердце.
Драконы выстроились в живой коридор, ведущий к центральному входу в дом. Я же не торопилась в него входить. Никто не спешил появиться из дверей, чтобы поприветствовать «дорогую гостью».
— Чего ждем? — раздались над ухом слова. Варкон уже успел перевоплотиться обратно и стоял слишком близко ко мне.
— Господин Варкон, такое тесное соседство с вашей персоной вызывает во мне нервную дрожь. Стоит ли мне напомнить, что бывает, когда я начинаю излишне переживать? — не поворачивая головы, еле слышно проговорила я.
— Бросьте, Надин, — также тихо продолжил он, но все же немного отодвинулся в сторону, — после того, как вы сидели на мне верхом, мы и так стали гораздо ближе друг к другу.
— Ваши пошлые намеки не задевают тонкие стуны моей души, господин дракон. Лишь делают более раздражительной. А еще в той же душе возникает непреодолимое желание снова показать тщетность ваших попыток, — сквозь зубы процедила я, буравя взглядом вход в дом.
Ожидала, что вот-вот там появится кто-то из хозяев. Но нет. Проем по-прежнему был пуст. Лишь открытая дверь приглашала внутрь.
— Вам нужно войти, — пояснили за моей спиной.
— Драконы настолько высокого о себе мнения, что даже не считают нужным встречать гостью? Хотя сами пригласили в свой дом? — обернулась я на Варкона.
— Скорее наоборот, — засмеялся он, — у нас считается верхом гостеприимства, если приглашенного ждут в доме. Это значит, что хозяин ему полностью доверяет. Хочет разделить с ним свой кров и еду. А вот если к гостю выходят — это знак того, что ему не рады или опасаются, а может, даже боятся.
— Надо же, какая честь, — скептично хмыкнула я. — Чем же я обязана подобному? — вопрос был скорее риторический.
— Думаю, стоит войти и узнать. Тем более всем внутри уже не терпится с тобой пообщаться, — все же получила я ответ.
— Говоришь так, как будто точно знаешь, — повернулась к нему. Золотистые глаза смотрели в мои с интересом и каким-то нетерпением. Что-то плескалось в их глубине. Жажда, понятная лишь одному Варкону. Попробовала тайком «прочесть» его эмоции, но доступ был мне закрыт. Я ощущала глухую пустоту. И если мужчина и заметил мои манипуляции, то вида не подал.
