Счастье от его присутствия, от ощущения надежного плеча рядом, не могло затмить ничто. Даже приближающийся конец света. Я понимала, что в ближайшее время нам предстоит серьезная схватка. И противник совершенно непредсказуем и по силе, и по действиям. Но отнять распирающую радость оттого, что рука любимого крепко держит мою, я не дам никому. Поэтому позволила себе немного поребячиться. Во взгляде Раттимира нет-нет, да и проскальзывала благодарность. Зная своего мужчину, я была больше чем уверена: он глубоко внутри винит себя за то, что мы все оказались заложниками этой ситуации.
— Птичка, от ремня тебя это вряд ли спасет, — подмигнул он мне.
Со стороны улицы начал нарастать странный звук. До нас стал доноситься приторно сладкий запах, который, кажется, проникал в каждую клеточку тела. Тошнота резко подкатила к горлу, и мне стоило неимоверных усилий, чтобы побороть ее. Через выбитое окно в коридоре первого этажа виднелся кусочек неба. И такого цвета я прежде не видела. Оно переливалось от темно-фиолетового до различных оттенков зеленого. На его фоне кто-то очень быстро передвигался по воздуху.
— Мы не успеем, — сказал Раттимир.
И я даже без пояснений поняла, о чем он. Нам не удастся попасть в укрытие. А значит, и гостей встречать мы будем первыми. Прикрыв глаза, сердцем потянулась к природе, ища подпитку своей силе. Но, к собственному ужасу поняла, что помощи ждать неоткуда. Каждый магический поток был грубо оборван. Словно чья-то жестокая рука выжгла жизнь из этого места. Я почувствовала боль всех существ, что подверглись жестокой казни.
Обхватив свой живот, согнулась пополам и жалобно застонала. Слезы хлынули из глаз. Кем нужно быть, чтобы сотворить такое? Ответ был очевиден. Абсолютным злом. И оно с каждой минутой приближалось к нам все быстрее.
— Надин? Что такое, девочка? — Раттимир пытался взглянуть мне в глаза.
— Больно! Мне больно! — я корчилась в агонии, не способная справиться с убивающей волной.
А затем все стихло. Исчезли звуки, запахи, цвета. Словно кто-то поместил нас с демоном во вневременье, в котором нет абсолютно ничего.
— Надин, что происходит? — прошептал демон.
Боль немного отступила. А на меня обрушилось осознание того, кто вырвался а этот мир. Жертва моей матери была напрасна. Она сражалась и погибла, а оно обрело свободу.
— Последний рыцарь, — прошептала я.
В следующую секунду воздух взорвался оглушающим яростным рыком, сулящим смерть каждому, кто не подчинится его воле.
Самым ужасным было то, что во мне просыпались незнакомые до этого момента чувства. Животная ненависть завязывалась узлом в животе. Я готова была проклясть каждое живущее существо во всех существующих мирах. Краски потеряли насыщенность. Перед глазами все потемнело. И лишь одно казалось правильным: я будто обрела давно потерянного родственника, брата… а может, даже любовника. Возможно ли испытывать некое… родство и тягу к тому, кого никогда не видела? Более того, от кого стоит бежать, сломя голову? Это было иррационально. Неправильно. На грани отвратительного извращения. И я всей душой пыталась бороться с тем, кто лез в мой разум.
В голове нарастал гул голосов. Каждый звучал в разной тональности. Женский, мужской. Шепот и крик. Хрип. Стон. Адская какофония звуков набирала обороты. Все это начинало сводить меня с ума. В отчаянии я закрыла уши руками, пытаясь хоть немного уменьшить назойливый шум. Но это не сработало.
— Надин? Надин, ты меня слышишь? — меня кто-то настойчиво звал. Голос был словно маяк посреди огромного темного океана. Я всем сердцем потянулась к нему, выныривая из черных глубин своего разума. И только потом поняла, что все время, пока я боролась с… С кем? Существу, которое так отчаяно хотело проникнуть в меня, я даже не могла дать четкого определения. Мой демон ни на шаг не отходил от меня. Делал все, чтобы вернуть в этот мир.
— Раттимир, — облегченно выдохнула я, вцепляясь в его плечи. Мой мужчина и есть то единственное спасение, что способно удержать меня от безумия.
— Птичка, ты меня пугаешь, — он прижал мою голову к своему плечу.
— Нам нужно подкрепление, — мне самой не понравилась паника, с которой я произнесла эти слова.
— Тогда идем в укрытие, — Раттимир потянул меня к незаметному входу под разрушенной лестницей. Удивительно, что он не был завален рухнувшими перекрытиями и досками.
— Он очень силен, Раттимир, — едва не плакала я. Впервые за долгие-долгие годы мне стало по-настоящему страшно. Только сейчас я начала осознавать, какая жертва была принесена, чтобы заточить чистое зло.
— Кто — он, Надин? — демон уводил меня все дальше и дальше по туннелю. В кромешной тьме он шел так уверенно, словно часто бывал здесь.
— Предатель. Тот, кто попытался разрушить мир. Но ему помешали, — всхлипнула я.
— Кто помешал?
— Моя мама.
— Стоп! — Раттимир резко остановился. — Что? Мама? Откуда ты знаешь?
— Я встречалась с ней, — начала объяснять я. Времени было в обрез, и я хотела передать самую суть.
— Ты… переносилась за грань? — с ужасом прошептал Раттимир. Краска мигом схлынула с его лица.
