— Поверьте мне, — Макаров клятвенно приложил обе руки к груди, — благородных людей точно трепать не станем. Нам просто нужна информация, хоть какая-то. Просто странно как-то, Инна Степановна, получается. Выходной день. Вечер выходного дня, точнее. Все дома, не на работе. И никто ничего не видел.
— Возможно, люди что-то и видели, но говорить не хотят. Сейчас ведь столько оборотней в погонах развелось, сами понимаете. — И ее пальчик игриво коснулся левого плеча Макарова. — Сейчас отмолчаться стало проще и полезнее, чем быть полезным. Не так ли?
Он промолчал.
— Многие просто могли не обратить внимания на кого-то, кто не хотел к себе внимания привлекать.
— И кто же это? — Он насторожился, ее тон сделался многообещающим.
— Некий мужчина, который поставил машину подальше от подъезда и предпочел пройти почти сотню метров пешком. И это при том, что места на стоянке были. Да и погода была, как говорится, нелетная. Вошел в подъезд, пробыл недолго. А вышел… Не вышел — выбежал! И с оглядкой, с оглядкой.
— Вы можете его описать?
Наконец-то! У него даже все тело заныло, когда он понял, что женщина что-то видела. Но она тут же его разочаровала.
— Знаете, нет. — Она недовольно поморщилась. — Я собаку выгуливала. И следила, чтобы она все свои дела сделала в отведенном для этого месте, а не на коврики соседей. Мерзавец!
Макаров даже не стал спрашивать, кто именно. Понятно, что тот парень со сковородкой.
— Человек был мужчиной, это точно. Не переодетая женщина, — резко сказала она снова. — Среднего роста. Крепкого телосложения, но не толстый, нет. Широкая куртка чуть выше колен, капюшон. Лица не видно. Орудие убийства у него из кармана не торчало.
И она мелко рассмеялась, будто это было смешно. Макаров внутренне поежился.
— Почему вы сказали об орудии убийства?
— Потому что ваши на другой день весь двор и все мусорки перевернули. Ясно, что искали.
— Вы им не говорили, что видели постороннего?
— Кто бы мне дал слово молвить! — гневно воскликнула она. — Дочка, как только услышала про убийство, сразу меня домой отправила и к ним пока велела не соваться. Вот зятю радость. Мерзавец!
— В котором часу это было, Инна Степановна? — поспешил отвлечь ее Макаров. Судя по всему, в мерзавцах у нее ходили многие.
— Начало одиннадцатого, точно до минуты не скажу. После десяти точно. Детей загнала в кровати и пошла с собакой на улицу. Через какое-то время этот подъехал, мимо стоянки, за джипом встал, вышел, теньком прошел — и в подъезд. Пробыл недолго, вышел, снова в машину и уехал. А наутро началось!..
Итак, убийство произошло между десятью и одиннадцатью вечера, что совпадает с заключениями экспертов. Убийца предположительно мужчина. Судя по описанию, среднего роста, крепкого телосложения. Это не Виталик. Тот высокий и мешковатых курток до колен не носит. И не Борис Иванович, тот толстый и грузный.
Кто же это? Кто? Кого взяла за жабры Егорова Ниночка, решившая промышлять шантажом? На наемника непохоже, слишком непрофессионально. Хотя…
В давнем деле Виталика Илова фигурировал молоток. Не потому ли Ниночку убили именно этим предметом? Кто-то знал? И решил Виталика подставить.
И снова обдало холодом: Ирина. У нее был мотив. У нее был букет мотивов отомстить Ниночке. И любовника она у нее отбила, и подставить перед акционером решила, и шантажировать начала. И это только то, что известно Макарову!
Могла Ирина нанять кого-то для осуществления своего преступного замысла?
Запросто, родился неутешительный ответ.
— Вы отвлеклись.
Сухонькая ручка Инны Степановны легла на локоть Макарова. Он вздрогнул.
— Простите, задумался. — Он отодвинул пустую чашку. — Все было великолепно, спасибо. Вы мне очень помогли.
— Ой, да что вы!
Она засеменила за гостем в прихожую, без конца что-то лопоча о старинных рецептурах, забытых ныне. О бабушке-мастерице, передавшей ей много чего по наследству. И вдруг, когда Макаров уже взялся за дверную ручку, хозяйка преградила ему дорогу, привалившись спиной к двери.
— А почему вы меня не спрашиваете о машине, Дмитрий?
— Да-да, машина! — Он мысленно дал себе подзатыльник. Упустил главное, отвлекшись на мысли об Ирине. — Вы рассмотрели, какого она была цвета, номера запомнили?
— Конечно, — фыркнула женщина и самодовольно улыбнулась. — Это был «Ниссан Альмера» 2008 года, серебристого цвета, номер…
Макаров записывал с приоткрытым ртом. Дама не переставала его удивлять.
— Машина точь-в-точь такая же, только цвет другой, как была два года назад у моего зятя, пока он ее не рассадил, мерзавец.
— А нет, Дима, «Ниссана» с такими номерами, — порадовал его на следующий день ближе к обеду знакомый капитан из районного ГИБДД. — Номерочек этот, Дима, выходит, липовый.
— Ага. Вот так вот, значит.
Он не знал, радоваться или впадать в уныние. Если номера липовые, то сто процентов — на машине приезжал злоумышленник. А если нет? Что, если дотошная Инна Степановна что-то перепутала в темноте, выгуливая собаку?
