Пообщавшись еще немного с Верой Федоровной, я попрощалась и ушла. Через пару минут меня ненавязчиво обогнала уже знакомая «десятка» и скрылась за углом. Я встала на автобусной остановке, села в быстро подоспевший «ЛиАЗ» и поехала в сторону психиатрической больницы. Честно говоря, мне казалось, что «хвост» отцепится от меня. Но не тут-то было! «ВАЗ-2110», цвет — «мокрый асфальт», последовал за автобусом. Эта наружка опровергала версию о том, что Шевелькову убила Пивнева. А ведь это предположение было обоснованно — у Александры Федоровны имелся мотив, у нее не было алиби, зато все слышали ее признание в убийстве! Но, несмотря на все это, Фокин засуетился и послал за мной «хвост». Что же его так сильно беспокоит? Я не понимала чего-то — основного… Скорая встреча с Павликом обещала непредсказуемые последствия.
Кондуктор объявила нужную мне остановку, и я вышла из автобуса. «Десятка» затерялась где-то в квартале позади. Моего преследователя нельзя было назвать дилетантом, зря на глаза он не лез. Откровенно говоря, беседовать с душевнобольной мне было не о чем. Но для проформы я попыталась добиться разрешения повидать Александру Пивневу.
— Вы ей кто? — спросила меня высокая мужеподобная женщина в белом халате.
— Племянница.
— Понимаете, сейчас ваша тетя находится в состоянии кататонического ступора, и я не могу разрешить это свидание. Мы делаем все возможное, чтобы эта фаза как можно быстрее сменилась другой, когда процессы торможения в коре головного мозга не так явно выражены… — Врачиха минут пять грузила меня непонятными медицинскими терминами, а напоследок повторила: — Нет, сегодня вы не сможете повидать Пивневу, впрочем, как и в течение ближайшей недели.
— Извините, что отвлекла вас. До свидания!
До встречи с Фокиным оставалось минут сорок. Я решила прогуляться до центра пешком. Удивительно — мой «хвостик» куда-то пропал. Впрочем, ничего странного в этом нет. Преследователь убедился: я не слишком глубоко копаю, так что Павлу Леонидовичу опасаться нечего.
По тарасовским меркам кафе «Лирика» было просто третьесортной забегаловкой. Но выбирать мне не приходилось. Наверное, Фокин не случайно назначил деловое свидание именно здесь. Возможно, в «Лирике» он не опасался встретить своих сотрудников. Сначала я решила, что пришла туда первой, хоть и опоздала на десять минут. Это мне не понравилось. Но когда я заметила, что Павлик, уже в гражданской одежде, сидит за барной стойкой и исподтишка наблюдает за мной, это не понравилось мне гораздо больше. Он помахал мне рукой, и пришлось радостно улыбнуться ему. Но приближаться к нему я не собиралась. Фокин немного подождал, слез с высокого табурета и сам подошел ко мне.
— Ну, и как там твои дела? — спросил он, вольготно усаживаясь за столик. — Кстати, меня зовут Павел. А тебя?
— Таня, — скромно улыбнувшись, представилась я. — А дела у меня как-то не очень продвигаются…
— Эх, Танечка, где же ты тарасовским ментам дорогу перешла, если они сюда указивку прислали — не пущать тебя на порог милиции? — Следователь отнюдь не чурался словечек, резавших слух.
Я почему-то не думала, что наше общение начнется с подобного вопроса, да еще и заданного столь пренебрежительным тоном. Думала, Фокин будет вести себя немного деликатнее.
— Прислали указание?! Неужели это правда?! — Я старательно округлила глаза от удивления. — А я-то все думаю — почему дежурный так заартачился…
— Вот именно: почему? — Павел сделал ударение на последнем слове. При этом он так и сверлил меня своими светло-голубыми глазами. — Ну, не слышу!
Он вел себя со мной, как с подозреваемой, и мне это не понравилось, поэтому совершенно не хотелось растрачивать на него свою фантазию. Я вновь сделала удивленное личико и пожала плечами. Пусть сам придумает какое-нибудь объяснение, в меру своей испорченности. В том, что психика Фокина сильно подпорчена, сомневаться не приходилось.
— Ладно, давай что-нибудь поесть закажем. Ты что будешь?
— Что-нибудь легкое, диетическое, — тихо промямлила я, хотя аппетит у меня разыгрался просто зверский.
— Ясно, фигурку бережешь. Значит, салатик. — Фокин поднял руку и щелкнул пальцами, подзывая официантку. — Так: девушке легкий диетический салатик, а мне отбивную с картошкой фри. Ну, и еще какие-нибудь закуски, на твой выбор.
— Что пить будете? — спросила девушка в кружевном переднике.
— Водку пить мы не будем, пиво тоже. А вот винца выпить можно. Да, Таня?
— Да, — согласилась я, — белое, пожалуйста.
— Нет: красное, — опроверг Фокин, который даже и не стремился чем-то угодить мне, чтобы понравиться. Более того: в каждом его слове и жесте я ощущала по отношению к себе недоброжелательность и насмешку.
— Ясно: девушке — белое, а вам — красное, — тут же нашла компромисс улыбчивая официантка и ушла выполнять заказ.
— Ну что, Таня, и давно ты частным детективом работаешь? — продолжил допрос капитан.
— Около года.
— Ну и как, получается? — осведомился Павел, при этом на его губах появилась еле заметная усмешка.
— Пока получалось, но такое дело у меня впервые.
— Какое — такое?