Штаб-квартира легиона разместилась в навесной башне на Ураганной стене, в многоэтажной пристройке со стороны космодрома. Сквозь нетипичные для людских построек горизонтальные окна я мог видеть раскинувшуюся за городом плоскую равнину, взлетно-посадочные площадки и полосы, укрепленные железобетонные горки ангаров и защищенные пусковые шахты, где ожидали запуска ракеты.
– Они скоро появятся, – раздался за спиной знакомый хриплый голос. – На пути сюда мы потеряли один сопровождающий корабль. Надеюсь, ребята хотя бы успели уничтожить бортовой компьютер, прежде чем он попал в лапы сьельсинов, иначе враг узнает, какие силы здесь собраны.
– Они и так знают, – ответил я, поворачиваясь от окна к человеку во главе стола заседаний.
Тит Хауптманн почти не изменился: та же седая львиная грива, те же бакенбарды, закрученные усы и кустистые брови, плотоядная улыбка, черная форма с цепочками и серебряной оторочкой. Как император среди придворных, Хауптманн сидел во главе овального стола в окружении капитанов и советников.
– Садитесь, лорд Марло, – сказал первый стратиг, нахмурившись.
– Дораяика все это спланировало, – объявил я, постукивая тростью по полу. – Оно следило за передвижением наших войск уже много лет. Анализировало логистику, атаковало караваны с продовольствием, осваивало захваченные технологии, щиты и так далее. Оно предугадало, куда мы отступим. Само загнало вас сюда.
– Марло, вы забыли о дисциплине? Я сказал «садитесь».
– Нет, сэр, – ответил я и взял паузу, чтобы мой ответ показался двусмысленным.
Усаживаясь напротив первого стратига, я добавил:
– Просто у меня такой характер.
– Ваш характер, сэр рыцарь, – хмыкнул Хауптманн, – не освобождает вас от необходимости соблюдать этикет и протокол.
– Сэр, вы, безусловно, правы, – сказал я.
Герцог андернахский уже давно перестал внушать мне страх, но я все же сел, поджав губы и покосившись на Отавию Корво, которая сидела не шелохнувшись по правую руку от меня.
Хауптманн заерзал и окинул взглядом полсотни офицеров и голограмм за столом:
– В лучшем случае у нас несколько недель, чтобы выстроить оборону. Верить пророчествам лорда Марло или нет, но флотилия, атаковавшая Маринус, действительно преследует нас вместо того, чтобы разорять планету.
– Этого достаточно, чтобы подтвердить правоту лорда Марло, – заметил другой знакомый голос, раздавшийся справа от стратига.
В отличие от Хауптманна, Бассандер Лин, казалось, состарился лет на тысячу с тех пор, как мы расстались у Воргоссоса. По лицу этого не было заметно, а вот осанка неуловимо изменилась, как будто тяжкий груз давил на его дух, а не на плечи. Мне стало отчасти жаль его. Он выглядел примерно так же – высокие скулы, медная кожа, непроницаемое лицо, черные волосы и прищуренные глаза. В волосах поблескивала седина, но внешне он оставался тем же молодым офицером. Он постарел внутренне.
– Такая поспешность нетипична для сьельсинов, – продолжил он. – Лорд стратиг, если враг уже преследует вас, это значит… – голос Лина дрогнул под весом его слов, – что они атаковали Маринус лишь для того, чтобы пополнить запасы продовольствия перед отправкой сюда.
Взгляд Лина метнулся ко мне, челюсти сжались. Капитан был с нами на «Демиурге» и видел, как я умер. Это изменило его – или, по крайней мере, его отношение ко мне. Ушли враждебность, надменность и напряженность. Мы больше не были соперниками. Вместо этого в нем укоренился благоговейный трепет, лишивший Лина былого огня. С тех пор как мы высадились на Беренике, он не искал встречи со мной, не пытался даже заговорить, лишь наблюдал за мной, как за привидением.
– Они – молот, – мрачно сказал я, – а мы – раскаленное железо.
– Что-что? – переспросила женщина-капитан с серым лицом и короткими темными волосами, чем-то похожая на покойную Райне Смайт.
Вместо того чтобы объяснять ассамблее примитивное искусство ковки, я продолжил развивать свою мысль:
– Сюда движется еще одна флотилия. Может, они уже здесь… или поблизости. Ждут. Преследователи атакуют нас, чтобы отвлечь. Господа, Маринус был наживкой. Подозреваю, что окончательной целью являетесь вы.
– Объясните, – сказал Хауптманн.
– Лорд Хауптманн, вы несколько десятков лет гоняли здесь сьельсинов. – Я вытянул руку ладонью вверх. – Если Дораяика изучало наши маневры, то вас оно знает прекрасно. Я готов побиться об заклад, что весь этот спектакль затеян ради того, чтобы изловить вас.
– Почему вы так уверены? – спросил Хауптманн, и его непроницаемое лицо побледнело.
Я не мог прямо сказать, что у меня было видение. В лучшем случае меня сочли бы шарлатаном, в худшем – метящим на трон самозванцем. Перед моими глазами словно крутился медальон Каракса. Он упал на стол исцарапанной стороной вниз. Я встрепенулся, прогоняя иллюзию.
– Ему небось приснилось, – произнесла серолицая дама, спровоцировав нервные смешки и улыбки у окружающих.
Меня одновременно удивило и обеспокоило, что смеялась в лучшем случае половина офицеров. Не иначе, пока я отсутствовал на Форуме, запись и легенда о моей дуэли с Иршаном успели добраться до фронта.
