Бельфегор насмешливо раскрыл свои объятия, но брюнетка все равно шагнула ему навстречу. Тот как ошпаренный отпрыгнул назад и не уследив стукнулся о стенку.
– Совсем дура, да? И кому я все это объяснял? – возмущался демон потирая ушибленный бок и голову.
– Ну так, тебе наверно одиноко, – грустно сказала брюнетка.
На лице парня были все оттенки удивления. Его брови свелись к переносице, а губы слегка приоткрылись в немом вопросе: "как ты вообще выжила, с такой чувствительностью-то?".
Быстро успокоившись, Анна продолжила опрос. А Бельфегор в уме просчитывал, сколько ему ещё придётся с ней мириться. Доуты, сволочи, живучие. Лет так сто протянет, ей уже двадцать… ага-ага…
– А от чего меня защищать? – задала следующий вопрос любопытная брюнетка выдернув парня из глубоких размышлений.
– Прости, на этот вопрос ты в скором времени сама получишь ответ. Я не могу тебе ответить.
Девушка с подозрением посмотрела на Вироуза, но все-таки не стала зацикливаться на этом и лишь пожала плечами.
– А в душ ты со мной тоже будешь ходить?
– Да, но мой масимум – оставаться за твоей тенью. Не ближе. Поэтому я сквозь стены присматривать за тобой буду, – подозрительно улыбнулся он.
Все её вопросы касались каких-то незначительных вещей от которых Бельфегор лишь тягостно вздыхал и понимал какие тяжёлые его ждут годы.
– Возраст.
– Молод. Триста пятьдесят семь. По вашему где-то двадцать четыре.
И этот вопрос-ответ длился до утра, пока девушку не позвал зов образования.
Анна учится в одном из самых престижных университетов страны. Просторные кабинеты, широкие коридоры. Дизайн также был на высоте. В каждом коридоре есть по два-три дивана из кожи и столько же телевизоров. Все, как говорится, под стать ученикам, которые там учатся. Нагрузка там не маленькая, возвращается Доут домой, когда на дворе сумерки. В водителе она не нуждается, так как живет совсем недалеко и её до дома провожает друг – Шон Кольт. Вы скажете, что дружбы между девочкой и мальчиком не существует? Я скажу: существует, потому что Шон – с большей вероятностью запал бы на Белла, если бы видел. Анна и Шон – друзья еще с самого детства. Просто соседи. Их семьи тоже состоят в деловых отношениях. Про ориентацию знают только маленькая Доут и парень Шона – Рей Локвуд.
Но сегодня брюнетка, домой идет одна. Ну, и Бельфегор. Всю дорогу Анна разговаривала со своим новоиспеченным охранником.
Опять на голову парня сыпалась куча вопросов, а он желал лишь одного – тишины. В пределах универа Вироуз получал её в избытке. Девушка вовсе там с ним не говорила. Расстояние тени – все-таки приличное расстояние. И говорить шепотом просто бы не получалось. Так что девушка молчала. Но теперь её ничего не останавливало.
– Если так подум… Ты чего? – Доут удивленно посмотрела на резко остановившегося собеседника.
– Тише, – сказал тот и начал прислушиваться. Прислушиваясь, Бельфегор водил взглядом из стороны в сторону и хмурился пытаясь сосредоточиться. – Три, – резко, но тихо, ответил парень.
– Чт… – не успела она договорить, как всё вспыхнуло синим пламенем.
По глазам можно было сказать, что Анна не на шутку испугалась. Огонь мешал девушке хоть что-то разглядеть.
Она не видела даже своего охранника.
Собрав всю волю в кулак, Доут шагнула и тут же услышала: «Не двигайся, дура!» – голос защитника доносился совсем рядом.
– Вернись обратно! – продолжил приказным тоном он. Девушка не стала ему перечить и шагнула назад. – Просто подожди! – голос заметно смягчился и снизил громкость. С крика он перешел чуть ли не до шепота. Но Анна все равно отчетливо его слышала. И по нему было слышно, что парню неудобно разговаривать.
В это время Бельфегор дрался с тремя демонами.
– Человеческая шавка! – крикнул один из незваных гостей, как только тот, к кому было это обращение, окутал девушку своим пламенем.
Ему надо было это сделать, так как подойти ближе к Анне, он всё так же не мог. Глаза парня налились темно-алым цветом. От чего у нападавших затряслись поджилки.
– Благородный, – страх читался в голосе чужака.
И началась битва. Глаза противников окрасились в ярко-зеленый цвет.
– Мусор, – надменно выплюнул Бельфегор.
И правда. Ярко-зеленый цвет глаз означал самое низшее происхождение.
Дальше идет янтарно-желтый, потом холодные, как сталь, голубые глаза, ну и, наконец, темно-алые.
В ходе драки у Вироуза было огромное преимущество. Он почти не прикладывал сил, но девушке в кругу пламени внезапно захотелось шагнуть к своему защитнику. А второму, наоборот, отшагнуть.
– Не двигайся, дура! Вернись обратно! – отвлекшись, парень пропустил удар. – Просто подожди, – добавил он, но это было скорее успокоение самому себе.
Прошло еще минут пять и всё… конец.
