— Ща, разберусь с драгоценным телом зверя. День только начался, а я уже так устал, если честно… Надеюсь, ты не планировала сегодня разведать джунгли?
— Нет, что ты, — покачала головой Вайю, нахмурив брови. — Теперь уже точно нет.
— Славно, — и Иньдуан попытался примериться, с какой части начать разделку туши.
Вайю отошла и уселась неподалеку около камня, размером в человеческий рост — ей срочно требовалось восстановить энергию.
В этот момент Иньдуан неожиданно вспомнил, что у него вроде как теперь есть бесплатная рабочая сила, квалификацию которой еще к тому же нужно повышать. Бросив взгляд на застывшего изваянием Щура, он расслабленно уселся рядом с трупом и отдал ментальный приказ.
Щур заторможено отреагировал и начал двигаться к нему.
Глава 67. Погибель
Собираясь с мыслями, Иньдуан перефразировал пословицу: ментально работать — не мешки ворочать. Для филигранной точности — ему придется контролировать большинство движений изверга. Так что об отдыхе речи не шло — это напомнило ему об учебе вузе, когда он после напряженных пар приходил домой… и продолжал заниматься тем же самым, но в другой обстановке.
Но отличия все же были — сейчас ему нравилось это ощущения «нового», и он знал, что развитие ментальных навыков ему поможет в будущем. В данный момент не было оценочной системы, которая из-под палки заставляла его заниматься тем, что было ему не по душе.
Разве что опосредованно? Сам мир или окружение побуждали его культивировать и развиваться? Иньдуан нутром чувствовал, что эти порталы — или что там в других Зонах? — это лишь начало чего-то более масштабного. Начало конца.
Но если сузить его кругозор в один угол — в одну точку зрения, то, если быть честным, Иньдуану по большому счету было все равно на мир, плевать на человечество — он привык мыслить абстрактными «бесчеловечными» категориями — пусть хоть завтра влетает метеорит размером с континент и уничтожает всю высокоорганизованную жизнь на Земле. Значит так и должно быть. Значит на то была воля галактических масштабов — пока твоя воля — это воля муравья, или воля человечества, как муравейника среди бескрайних просторов, — она не имеет веса. Он знал, что данный тезис многим бы не понравился, многие бы с ним не согласились. Его суждение могло уже завтра измениться в ту или иную сторону, но он считал, что это и есть истинная свобода, когда твое развитие не обусловлено чьими-то догмами и со временем ты открываешь новые оттенки бытия.
Он не дословно, но даже в тему вспомнил стихотворение, которое в свое время нашло отклик в его душе: там лирический герой встречается «пред старым пепелищем с мужем, жившим там отшельником и нищим; чуждался веры он, законов, божества: отважнее его мы мужа не отыщем».
Щур наконец приблизился, и Иньдуан прервал поток поэтики и усталой меланхолии.
Сконцентрировавшись, он начал давать указания Щуру по разделке животного — более чем половину его движений он контролировал ментальной энергией.
Иньдуан чувствовал, что капля за каплей благодаря постоянной практике его понимание ментальных манипуляций возрастает. Теорию он рассчитывал подтянуть с помощью Техники предельной мыслеречи, которую должна будет передать ему Вайю.
Острые когти и длинные пальцы Щура позволяли ему почти без труда расправляться с тушей варана-мутанта — затраты энергии на контроль были меньше, чем если бы Иньдуан сам пытался разрезать почти бронебойную кожу и мышцы этого существа. Тем не менее аспект времени увеличивался — сам бы он с горем пополам справился за полчаса максимум, однако контролировать изверга ему пришлось более полутора часов — тридцати процентов ментального резерва как ни бывало — еще вчера он бы потратил в два-три раза больше энергии — как уже было сказано выше, это происходило не только за счет слегка увеличенного объема энергии и ее качества.
В крови перед ним расположились различные части туши существа позднего пятого уровня — он понимал, что в том же туманном лесу единицы бы достигли такого уровня развития, так что туша была почти на вес золота. Самыми значительными частями были: костяной хвост в форме булавы — он стал гораздо меньше после освобождения от кожи, жил и мяса и скорее напоминал теперь гибкую дубинку с наростом на конце; когти с лап, мясо с «нежных» частей тела, которое Иньдуан уже успел заморозить; в целом прочный скелет существа весом около пятидесяти килограмм — за счет духовной плотности это было очень много — человек бы с таким тяжелым скелетом весил бы минимум триста килограммов и это без расчета увеличенной массы мышц. Убитый варан весил примерно столько же.
Нельзя не упомянуть, саму прочную кожу, которая по своим характеристикам, скорее всего, уже была лучше надетого на Иньдуана бронежилета. Он даже в шутку предложил Вайи сшить себе или ему одежду, но та вежливо отказалась. И Иньдуан пока решил отложить этот вопрос.
Он не стал комментировать, поэтому девушка лишь отчасти понимала, от какого относительного богатства отказалась и фактически даром отдала все Иньдуану.
