Мы вспоминали школьные времена. Бывших одноклассников, вредную и злобную Машу Арбузову, добрую и мудрую Ольгу Арнольдовну, которая исключительно увлекательно преподавала историю. Шикарные булочки с маком, что продавались в буфете, тоже не остались без внимания.
— Да-а-а, вкуснее булочек, чем в школе, я так и не попробовал… — блаженно закатив глаза, вздыхал Егор.
— Эй! А те, что я пекла в понедельник? — возмутилась Ира. — Ты говорил, что это самые вкусные булочки в твоей жизни, подлец!
— Видимо, для Егора все булочки являются самыми вкусными в его жизни, — хихикнула я и пнула друга коленом.
— Хорошо, Иришка, был не прав! Твои булочки самые вкусные и ни с чем не сравнятся, даже с школьными, из буфета! — сказал Егор и поцеловав девушку в лоб.
— Инцидент исчерпан! — довольно ответила Ира, зарываясь в объятия молодого человека.
Как же они все-таки хорошо смотрятся вместе! Не устану восхищаться этими отношениями! Лед и пламень. Егор всегда пойдет на уступку и прогнется под взрывным характером Иры, а она, в свою очередь, подарит ему массу незабываемых эмоций и окружит уютом домашней заботы.
Любая поездка, даже с самыми импульсивными и интересными людьми, рано или поздно сводится к тишине. В этом есть нечто особенное. Вот, вы сидите, смеетесь и вспоминаете нелепые ситуации из детства, а уже через пару минут — едете молча, с счастливым осадком в душе и остатками улыбки на лице.
Ира уснула сладким сном на плече у Егора, а тот, облокотившись на стену, смотрел в наушниках какой-то фильм. А я, не желая спать, стала всматриваться в едущих с нами пассажиров. Сбоку от нас сидел мужчина делового вида, в полосатом костюме и с бритой головой. Он читал какую-то психологическую книжку, иногда задумчиво посматривая в запотевшее окно. Я отчетливо чувствовала его спокойствие, будто в мире есть только он и текст захватывающей литературы. Спереди устроились девушки, которые на протяжении всей поездки, достаточно громко и в грубой форме, обсуждали каких-то «Славика» и «Олежика». Что же они такого натворили? В конце вагона расположилась семья с маленькой дочкой. Та, уложив голову на папины колени, смотрела беззаботные сны. Ее родители что-то тихо обсуждали, изредка поглядывая ласковым взором на спящего ребенка. Полное умиротворение. Тишина, легкий стук колес, даже девушки, сидящие спереди, решили помолчать и позалипать в телефоны.
За окном показался город. Необъятный, яркий и заснеженный Санкт-Петербург. В вагоне началась небольшая суета. Кто-то заговорил в полный голос, а кто-то начинал спускать вещи с полок, от чего оживились и мои друзья.
— Мы уже приехали? — протирала глаза Ира.
— Приехали, — улыбнулась я, — поэтому собирайся в кучу и готовься выходить в морозный Питер, детка!
— Брр! Что-то мне не хочется вылезать в холод из тепла, — Ира жалобно надула губы. — Может, еще немножко покатаемся?
— Так, я тебя сейчас закатаю! — нахмурилась я. — А Егор мне поможет. Правда, Егор?
— Правда-правда, — зевнул парень, — давай вставай, мы подъезжаем.
Издав железный скрежет, поезд остановился на Балтийском вокзале. За окном появилась толпа людей, встречающая родственников и прибывших гостей. Повесив на Егора все вещи, что у нас были, мы вышли из вагона на перрон. Там нас поприветствовал ветер, пронизывающий до самых костей, и снег, что приятно похрустывал под теплыми ногами. Я вдохнула морозный воздух, улыбнулась и взглянула на друзей.
— Ну, вот и все, мы в Петербурге! Пошли скорее, чего такие сонные?
Заселившись в гостиницу, что находилась возле набережной Обводного канала, мы оставили все свои вещи в номере и двинулись навстречу приключениям.
Да, все-таки, в первую очередь, Санкт-Петербург поражал своими размерами и темпом жизни. Нас встретили длинные, тянущиеся вдоль заснеженных домов проспекты, по которым туда-сюда шагали совершенно разные люди. Вон, куда-то опаздывая, бежит какой-то бизнесмен, с дорогим портфелем и импортными часами. Где-то позади шла компания, чей смех отдавался эхом по всему, как мне казалось, городу. Пожилая пара элегантной натуры, что вальяжно прогуливалась по городу, словно в первый раз, деликатно пропустила нас вперед.
Суета спокойно контрастировала с приезжими туристами, которые медленно гуляя, останавливались у каждого красивого угла, каких в этом городе тьма. Мы были такими же, оно и не удивительно. Все здания вариативные, индивидуально величественные, контрастные, но гармонирующие между собой. С одной стороны стоит античность и сдержанность, а с другой — вопиющая роскошь в стиле барокко, фасады которой усыпаны резными рельефами и завитками.
