— Yo! — подтвердила она, выбираясь на берег, — А ты почему такой грустный? Мы тебе мешали спать? Ты извини, островок маленький, а тут эти… Эманации…
— Нет, я выспался, но я в полном ауте. Никаких шансов найти Лаполо. Во-первых, он профи, во-вторых, тут все на его стороне — и жители, и даже местность.
Рон закурил сигарету, подошел к нему и похлопал по плечу.
— Ты рано начал переживать. Мы всего сутки работаем в зоне поисков. Лаполо это не мидия, его так сходу не найти.
— А что значит найти? — проворчал Майо, — Я уверен, что Лаполо вчера был в двадцати шагах от нас, среди местных дедушек. Из них многие были в солнцезащитных очках. Попробуй, узнай его. Он играет с нами в кошки-мышки… Или в мышки-кошки.
— Не исключено, что был, — согласился Рон, — Если это так, то он видел Гренландию на фюзеляже нашей флайки и, возможно, решит пообщаться хотя бы, из любопытства.
— Пообщаться, закапав нас в песок по шею, как того адвоката? — уточнил преторианец.
— С некоторыми людьми только так и следует общаться, — заметил экс-коммандос.
— Hei foa! — вмешалась Пума, — Смотрите, та миска плывет сюда!
Экзотическое плавсредство уже успело пересечь лагуну и постоять на муниципальном причале Тарионе (Видимо, выгрузив или загрузив что-то), а сейчас быстро скользило к островку Ихопуаа, едва касаясь воды круглым выпуклым дном. Действительно, миска метров семи в диаметре, с широким Т-образным самолетным хвостом и пропеллером. Шофер миски — малайка лет двадцати, сидела около носовой кромки (т. е. напротив хвоста), за рулем мотоциклетного образца, с прозрачным ветрозащитным щитком. Ее одежда состояла из шортов с поясом, к которому крепился чехол с рацией, и яркого пластикового ошейника. Борт миски украшала надпись «Tepoto-Nord Fare-Duro 04».
Метрах в пяти от берега миска затормозила и слегка осела в воду. Малайка крикнула:
— Aloha foa! Есть тут такой Майо Теллем из Ваа-о-Фоноти, Ист-Самоа?
— Это я, а что? — отозвался преторианец.
— Тебе посылку просили передать, — сообщила она, наклонилась на секунду-другую, а потом подняла над головой бумажную коробку, вроде тех, в которых обычно продают небольшие торты, — Только скажи, бро, откуда ты родом, чтобы ошибки не было.
— Ликиеп, Маршалловы острова.
— Ага, совпадает! — Девушка спрыгнула с невысокого борта миски (глубина тут была примерно ей по пояс) и, держа, коробку на плече, выбралась на берег, — Foa, угостите табаком и огоньком субъекта принудительного труда!
— Легко, — отозвался Рон, протягивая ей пачку сигарет и зажигалку.
Малайка передала коробку преторианцу, вытащила из пачки сигарету, прикурила, выпустила из ноздрей струйки дыма и энергично тряхнула головой.
— Меня запарило это каторжное начальство, морского ежа всем им в жопу.
— Чем? — поинтересовалась Пума.
— А то ты не видишь, гло, — ответила она, и кивнула в сторону своего транспортного средства, — Дали вот такое угребище, и я на нем развожу всякую херню с пищевой фабрики на Тепото-Норд. На фабрике совсем тоска, так что я сама попросилась в транспорт, но здесь тоже не подарок. На рассвете — развозка в Напука и Пукапука. Полтораста миль туда, и обратно примерно столько же. Возвращаюсь на Тепото, там перерыв на второй завтрак, а потом вторая развозка: Фангатау и Факахина. Маршрут ненамного короче. Правда, на этом мой долбанный в жопу трудодень заканчивается.
— От кого посылка? — спросил лейтенант, тактично дождавшись перерыва в ее спиче.
— А, хрен знает, — малайка махнула рукой, — На Пукапука, в кафе «Moana-Vela», где тусуются авиа-рикши, мне ее передал какой-то мальчишка, сказал, куда и для кого, и заплатил денежку. А мне-то что? Для меня не проблема отвезти лишнюю коробку. А скажите, foa, вы не переломитесь угостить субъекта принудительного труда обедом? Ломает сейчас переть 130 миль до Тепото. Да и вообще, хочется разнообразия.
— Хреново кормят? — спросил Рон.
— Да, нет, хорошо кормят, но армейский рацион задолбал. Ненавижу, когда все по полочкам и сплошной порядок. На, получи, девочка, свои белки, жиры, углеводы, витамины, и прочие калории с микроэлементами, согласно таблице, joder conio.
— Aita pe-a, — сказала Пума, — Накормим. А тебе не влетит за неявку к обеду?
— Не влетит. Я же говорю, трудодень кончился, а я считаюсь субъектом с невысокой социальной опасностью, так что, до отбоя начальству насрать, где я. Главное, что в радиусе. Но за этим следит эта хрень, — малайка щелкнула ногтем по ошейнику.
Майо Теллем разрезал ленточку, снял крышку, а затем поднял колпак из тонкой серебристой фольги. На картонном поддоне коробки стоял болотно-зеленый металлический цилиндр вроде 3-фунтовой жестянки консервов. Сверху крышка-полусфера с пятью металлическими рогами толщиной с карандаш.
— Ребята, отойдите от меня подальше, — напряженным голосом сказал Майо..
— Что там у тебя такое? — удивленно поинтересовался Рон.
— Итальянская «Valmara», мина-лягушка, — ответил тот, — В ней бывают сюрпризы.
— Стой и не двигайся, — быстро сказал экс-коммандос, — если у этой штуки добавлен электро-емкостной индикатор, то она может прыгнуть, если сместишься.
— Знаю.
