Заблуждался лейтенант Хаустов, слишком хорошо он думал о своих подчиненных, и Афонину пришлось разочаровать командира.
- Да нет, товарищ лейтенант... Не сумеем повторить, - протянул он. - Мы, товарищ лейтенант, столько запомнить не можем. Это записывать надо. А у нас, - он дотронулся ладонями до карманов, - ни карандашей, ни бумаги.
- Как вы раньше командные пункты создавали? - удивился Хаустов.
- На глазок, - сообщил Опарин. Не стал говорить, что таким дурным делом, ни разу им заниматься не приходилось.
Молодой комбат не поверил Опарину, потому что КП сооружение серьезное и его "на глазок" не создашь. Он посмотрел на Лихачева, ясные глаза которого утверждали, что от этого человека можно ожидать только правды. И ничего, кроме правды.
- Да, на глазок, - выдал правду Лихачев, в ответ на немой вопрос лейтенанта.
- Больше такого у нас не будет, - решительно сообщил лейтенант Хаустов. - Мы станем создавать все необходимые полевые сооружения такими, какими их положено создавать, согласно правилам и инженерным расчетам, выдерживая размеры и направления (в училище этому вопросу уделяли серьезное внимание). Понятно?
- Так точно, понятно! - подтвердил от имени всего расчета Лихачев. - Будем создавать такими, какими положено создавать!
- Выдерживать размеры и направления! - поддержал товарища Дрозд, который постепенно вписывался в жизнь расчета.
- Слушайте и запоминайте, - лейтенант беспощадно высыпал на солдат размеры будущего фортификационного сооружения. Может быть и не все, но самые важные. Размеры эти - лейтенант с радостью убедился - он великолепно помнил, хотя свериться с конспектами лекций сейчас не мог. Все конспекты он отправил домой, с просьбой сберечь до конца войны. На фронте они могли потеряться, а дома будут в сохранности.
Солдаты терпеливо ждали, пока лейтенант закончит.
- Запомнили?.. - спросил Хаустов и, не дождавшись ответа, продолжил: - Все эти размеры относятся к малому командному пункту, предназначенному для руководства огнем батареи. Вам, артиллеристам, это положено знать назубок. Без этих знаний вы не сумеете построить простейшее инженерное сооружение.
Солдаты и не пытались запомнить. Обходились без этих размеров до сих пор и дальше собирались без них обходиться. И комбат Лебедевский без КП обходился. Но промолчали. И только Лихачев, демонстрируя перед новым комбатом свое послушание и усердие, простодушно заявил:
- Никак нет, товарищ лейтенант! Не запомнили! Поскольку запомнить такое количество размеров сразу для нетренированного ума просто невозможно. Вы их выдавайте нам постепенно: сегодня один размер, завтра другой, мы их понемногу и запомним. Мы, таким образом, за год триста шестьдесят пять размеров сумеем запомнить.
Такой была их первая встреча, таким - первый разговор, которым Хаустов остался не совсем доволен. Оказалось, что солдаты, которыми ему предстоит командовать, очень многого не знают. Но собой лейтенант Хаустов остался доволен. Он убедился, что знания, полученные в училище, не пропадут даром. Он передаст их своим подчиненным и сделает из них грамотных в фортификации и других науках солдат, какими и должны быть настоящие артиллеристы, которые служат в его батарее.
- Хорошо, будем учиться на ходу, - бодро объявил лейтенант.
Он подхватил у Дрозда лопату, используя ее как мерительный инструмент, быстро установил размеры ямы под командный пункт, легким пунктиром наметил периметр и вернул лопату Дрозду. Затем еще раз выдал основные размеры, которые должны соблюдать солдаты, и легко поскрипывая ремнями, умчался к другим расчетам. Те рыли пятачки для орудий и без него могли сделать все не так, как положено.
Теперь лейтенант Хаустов мог получить свою первую в жизни настоящую характеристику. Не такую, как в училище составляли, не такую, как писали в штабе. Да и где угодно. Везде они одинаковые, до тоски однообразные. Год рождения, национальность, партийность... А потом, как положено: "не привлекался", "активно участвовал"... Далее в том же духе: "морально устойчив", "политически грамотен", "Коммунистической партии предан"... И, наконец: "рекомендуется"... Одну на всех можно писать, под копирку. Только фамилию и национальность менять надо. Остальное все едино. Как и положено.
Здесь, на передовой, характеристика составляется по-иному, каждому своя, непохожая на другие. Причем партийность, национальность и политическая грамотность в ней совершенно не учитываются.
- Это не комбат Лебедевский, - определил, глядя вслед стремительно вышагивающему лейтенанту, Афонин. - Хоть и дали ему батарею, не комбат.
- Нам после капитана Лебедевского любой комбат не комбатом будет, - резонно заметил Опарин.
- Молодой... Опыта нет... - отметил Бакурский.
- Зеленый - это верно, - согласился Опарин. - Но парень вроде неплохой. Видели, как он за лопату ухватился. Умеет ее в руках держать.
- На минуту и взял, - ухмыльнулся Дрозд.
- Но взял. Ты подожди, он еще с нами копать станет.
- Вот и плохо, - проворчал Афонин. - Комбат с солдатами копать не должен. Что здесь хорошего?