Тотчас все, словно по приказу, обернулись в ту сторону где из темноты послышался голос Валькирии. Она приближалась. Самая большая легенда и загадка послевоенного Центраполиса направлялась прямиком к ним. Ее шаги были лёгкими словно у дикой кошки и в то же время - твёрдыми и уверенными как у настоящей воительницы. Когда, наконец, она вошла почти в самый центр помещения и яркий свет выхватил из мрака очертания её силуэта, Виктор поднял глаза и в тот же миг понял до чего же она была прекрасна. Все рассказы о ней оказались правдой. Валькирия была высокого роста, стройной и грациозной. У неё были большие глаза, чувственные губы и великолепные чёрные волосы, волнистыми прядями спадающие на плечи. Она улыбнулась, показав два ряда белоснежных зубов. Эта улыбка могла свести с ума миллионы. Миллионы мужчин она могла бы поставить на колени и сделать покорными рабами. Но на этот раз улыбка предназначалась только для одного. Валькирия оценивающе посмотрела на Виктора и спросила:
-И в чём же цель твоего визита?
На несколько минут повисла неловкая пауза. Виктор долго и мучительно пытался найти достойный ответ, пока нужные слова вдруг сами не сорвались с его губ.
-Я здесь для того, чтобы объединить наши силы в борьбе с фаталоками.
-И это всё?
-Неужели на свете есть ещё что-то более важное?
Неожиданно Валькирия усмехнулась.
-Зачем нам объединяться с мужчинами? Мы создали свой мир почти без их участия и дальше сможем спокойно прожить без грубости и хамства, что они несут с собой. Все беды человечества были оттого, что им управляли именно мужчины. Войны, насилие, преступность и разврат - вот, что порождали вы на протяжении долгих тысячелетий.
-Ты ненавидишь мужчин?
-Почему же? Иногда они могут быть довольно милыми и ласковыми, если их, конечно, держать под контролем. К нам, так же как и в ваш Беверли Хиллз, из других селений бегут тысячи рабов, но в отличии от вас, мы внимательно следим за теми кого собираемся принять в своё общество. Подонков, психов, извращенцев и наркоманов мы казним прямо в зале суда. Остальные могут спокойно жить и работать здесь, но только немногим из них, может быть одному из десяти достаётся великая честь и привилегия - делить с нами ложе и зачать новую жизнь. Мы отбираем самых здоровых, умных и порядочных и поэтому я ничуть не сомневаюсь в том, что у нас будут нормальные дети. Затем всё повторится. Наши дочери будут выбирать только самых достойных отцов для продолжения рода. Так будет продолжаться из поколения в поколение и может быть когда-то, когда человечество, наконец, станет совершенным, мы отменим неравенство полов и начнём снова жить в полной гармонии. До войны многие умные люди тщётно пытались найти способ улучшить наше больное общество. Если бы они спросили у женщины, она подсказала бы им такое вот простое решение и тогда многих проблем можно было бы избежать без войн, революций и резкого сокращения численности населения. Но нас тогда никто ни о чём не спрашивал и поэтому не стоит удивляться, что сейчас уже мы не желаем слушать ваших советов и делаем всё так как сами считаем нужным.
-Не хочу разочаровывать вас, леди, но для того чтобы изменить человечество нужно время, которого у вас нет. На сколько, по вашему, вам хватит ваших запасов? На пять лет или, в лучшем случае, на десять, а затем здесь наступит такая же нищета, как и во всех остальных селениях. К тому же я сомневаюсь, что фаталоки будут спокойно сидеть, сложа руки, зная, что под землёй кто то из людей собирается, без их ведома создавать новое государство.
-А ты не глуп,- Валькирия подошла ещё поближе и, посмотрев ему прямо в глаза, снова улыбнулась своей обольстительной улыбкой,- Я бы даже сказала, что в тебе есть что-то особенное. Не зря в Центраполисе о тебе так много говорят в последнее время. Возможно, нам стоит обсудить всё наедине. Так мы сможем гораздо быстрее прийти к согласию.
Короткий взмах красивой ручки и амазонки тотчас развернулись и послушно покинули помещение. Виктор также кивнул своим людям, попросив их следовать за ними. Когда они остались наедине, девушка тут же нежно взяла его под руку и увлекла за собой в один из коридоров в противоположной стороне от входа.
