День, когда явились боги полностью

Справедливость его слов подчеркивают замечательные иллюстрации Кэтервуда, выполненные с особой тщательностью и любовью к предмету. Кэтервуд стал первым художником, сумевшим передать особенности искусства майя в стиле, свойственном только ему одному. Даже современные исследователи считают его рисунки непревзойденными видеодокументами, поскольку мелкие детали этих произведений, переданные им тонкими штрихами, не в силах запечатлеть никакая фотография. Таким образом, Стивенсу и Кэтервуду по праву принадлежит почетное название «основоположников научного изучения культуры майя».

Когда Стивенс и Кэтервуд шаг за шагом пробирались сквозь дебри, они и понятия не имели о подлинных чудесах, ожидавших их. Древние иероглифы еще не были расшифрованы, а удивительный календарь пребывал в неизвестности.

Недавно отреставрированный церемониальный центр расположен на холмах и искусственных возвышениях-«платформах», которые делит на западный и восточный секторы речка Отулум, протекающая через Паленку. Эта речка или, точнее сказать, ручей — тоже одно из чудес древнего комплекса.

Дело в том, что Отулум протекает по подземному каналу, в котором могут свободно пройти рядом друг с другом четыре человека. Продуманная канализационная система обеспечивала сток дождевой воды с крыш храмов. В нескольких метрах от Храма Надписей вода сбрасывалась в акведук и по подземным каналам поступала во «дворец».

Дворец, или Элъ Паласио, представляет собой величественный комплекс зданий, возведенных на ступенчатой трапециевидной платформе. Он настолько сложен, что туристы легко могут заблудиться в нем.

Грандиозный комплекс разделен на множество больших и малых внутренних двориков, расположенных на разном уровне относительно горизонта. Сегодня они носят выразительные названия: Главный двор, Западный двор, Восточный двор и Двор башен; нижняя часть Южного двора получила элегантное прозвище: субтерранеум[45].

На западном фасаде дворца, имеющем наибольшую протяженность, доминирующее положение занимают пять квадратных столбов двухметровой толщины, сплошь покрытых резными изваяниями причудливых фигур. На одном из рельефов изображен «индеец» в сандалиях, прикрепленных к ногам ремешками. А под подошвами этих сандалий хорошо видны крошечные колесики. Тот, у кого хватит воображения, без труда узнает в этих сандалиях… обыкновенные ролики!

В стенах проделаны многочисленные Т-образные отверстия, представляющие собой символ бога солнца. На Восточном дворе найдена каменная плита размерами 2,40 × 2,60 м, на которой вырезано ни много ни мало 262 иероглифических знака майя. Видимо, они представляют собой запись дат, изображения голов богов, мифологические сцены, символы людей и животных в телесном облике.

Этот поистине гигантский дворец делится каменными террасами на три основных уровня, расположенных один поверх другого. Размеры самого нижнего из них, лежащего прямо на земле, составляют примерно 100 × 80 м.

При виде Паласио, возвышающегося над раскаленной тропическим солнцем Паленкой, возникают неотвязные, как москиты, вопросы: когда и зачем он был построен? «Спроси разумное — разумное услышишь», — считал мудрый оптимист Еврипид (около 480–406 гг. до н. э.), знаменитый древнегреческий трагик. Однако на эти разумные вопросы обычно можно услышать невразумительные ответы: здесь якобы было жилище жрецов, женская обитель или дворец правителей.

Немало разумного довелось мне услышать из уст Белого Медведя — вождя индейцев хопи, живущих в резервации в штате Аризона. В частности, он рассказывал о некоем «университете», находившемся в древности на прародине их предков в Палаткапи. При виде Паленки мне сразу вспомнились его слова. В самом деле, ведь Паласио занимает в городе центральное место; в нем сохранились «аудитории» разной величины; там была «проточная вода» и целый ряд каменных туалетов, расположенных, так сказать, в «стратегических пунктах» комплекса. Туалеты были связаны с канализационными трубами, и экскременты отводились по подземным каналам.

На первом этаже, как рассказывал Белый Медведь, ученики изучали историю своего народа; на втором они знакомились с основами естествознания и химии, а на третьем постигали тайны астрономии и математики. Все эти описания вполне соответствуют сохранившемуся Паласио.