«Это — самое начало древних преданий дема, народа, который в этой земле носит имя киче. Все, что мы записали здесь, берет свое начало и исток в старинных обычаях, которые совершались на праздниках киче перед всеми коленами народа киче.
При этом мы хотим отметить, что заботились в первую очередь о том, чтобы открыто, ясно и согласно обычаям изложить все то, что было скрыто от глаз, поведать о Создательнице и Творце, о Прародительнице и Создателе Сынов, как звучат их имена».
Через некоторое время неведомый индейский автор впервые с момента появления в этих краях христианства дерзнул записать этот текст. Но и после этого он позаботился о том, чтобы скрыть труд автора истории индейского народа в надежном месте, опасаясь, чтобы его не обнаружили. А на случай, если такое все-таки случится и древняя книга попадет в руки чужаков-испанцев, придерживающихся совсем иного образа мыслей, он решил обезопасить свой труд учтивыми реверансами перед христианским учением. Однако, несмотря на все эти уступки, он настаивает на том, что его сочинение, знаменитый «Пополь-Вух», восходит к некоему древнему тайному труду:
«Итак, эта книга весьма древняя и написана в давние времена, но пребывала в тайне от глаз прорицателей и мудрецов. Ее возникновение и провозвещение столь же таинственно, как и появление самого неба и земли».
Свое повествование или, лучше сказать, свою книгу Бытия, рассказывающую об истории возникновения своего народа, автор открывает поэтической фразой о том, что прежде начала Бытия «мир был погружен в глубокое молчание». В те времена, утверждает он, еще не было ни человека, ни животных, ни растений, ни даже камней, а «было только небо и ничего, кроме него. Все было погружено в непроницаемую «тьму и ночь», ибо тогда еще не светило даже солнце.
Аббат Брассор, который, как мы знаем, владел языком майя, общался со многими потомками индейцев своего времени и получил доступ к еще более древней версии «Пополь-Вуха», очень точно описывает появление богов из тьмы:
«Многие видели их появление, но не могли понять, откуда они явились. Они, можно сказать, появились неким мистическим образом из моря или пришли в этот мир подобно богам греческих мифов, то есть, другими словами, снизошли прямо с небес».
Многие весьма ценные сведения, часто приводимые им в подстрочных примечаниях, и комментарии к этому древнему праисточнику аббат Брассор почерпнул, что называется, из первых рук — от самих майя. Поскольку при чтении немецких переводов невольно возникает впечатление, будто все живое на земле, согласно книге майя, вышло из моря, являя собой этакое предвосхищение будущего творения, аббат Брассор, предвидя подобное восприятие, так комментирует это, пользуясь своими «источниками информации»:
«В те времена не существовало еще ни человека, ни зверей, ни птиц,
