Может ли простой смертный стать богом, а став богом, сделает ли всех остальных людей счастливыми? Следуя за героем книги, читатель проходит непростой путь познания самого себя и узнает, что в жизни очень многое зависит от желания человека и от его выбора. История разворачивается в будущем, где правителем планеты может стать каждый, необходимо лишь пройти тест на установке. После чего тело будет изменено. Но срок правления ограничен – 3 года и смерть. Такая схема позволяет отсекать от власти людей с жаждой наживы. Сначала рождается Он – будущий правитель. Амбициозный, ответственный, великодушный. Затем появляется Она. Нежная, влюбчивая, умеющая сопереживать. Как изменятся мир и судьбы героев? Современное прочтение библейской истории.
Вагон плавно остановился у платформы. Его прозрачные стены на несколько секунд осветились радужным светом и растворились. Закрутился людской круговорот из входящих и выходящих пассажиров. Нестор приветственно кивнул пристроившемуся рядом человеку. На лице вошедшего вместе с улыбкой заиграла радуга от восстановившихся стен. Вагон тронулся.
Тут же к меняющимся пейзажам присоединилась реклама. Она настойчиво вползала в мозг со всех сторон, даже с потолка. Начался новый ролик. Он призывал стать добровольцем для избрания на престол. Миру был нужен новый Каяк. Срок работы старого подходил к концу.
– Опять глупцов ищут, – презрительно хмыкнул вошедший.
– Почему глупцов? – удивился Нестор.
Он очень уважительно относился к званию Каяка, и сам иногда мечтал стать им, но боялся признаться в этом не только другим, но и себе. За три года тот должен был успеть сделать как можно больше хорошего для человечества. Иначе его правление пройдет бесследно. Всего три года. Каяки обычно справлялись с возложенной на них миссией.
– Да кто же захочет всего три года жить в свое удовольствие, а потом что? Смерть. Нет уж, увольте. Меня, кстати, Всеволод зовут. А тебя? – мужчина говорил в полной уверенности, что другого мнения быть не может.
– Нестор, – представился парень и тут же продолжил допрос. – А как же возможность почувствовать себя чуть ли не богом? И сделать что-то для людей?
– Ты думаешь, людям много надо? Кому нужна такая жертва? А?! – Всеволод сказал последние слова специально громко и обвел присутствующих в вагоне взглядом.
Реакция была неоднозначной: кто-то равнодушно продолжал смотреть вдаль, другие услужливо улыбались, третьи прятали глаза. Всеволод снова хмыкнул, только теперь удовлетворенно от произведенного эффекта, посмотрел на Нестора и, сощурив глаза, произнес:
– Вот видишь, никому не надо.
– Тогда почему каждые три года находятся кандидаты? – не унимался Нестор, ему так хотелось защитить смельчаков. Именно как отважных, готовых к самопожертвованию, воспринимал парень этих людей.
– Да потому что глупцы! Я же говорю. Они делают это для себя, поверь мне. Никак иначе. А цели, я думаю, у каждого свои, – мужчина многозначительно поднял вверх указательный палец.
Хмуривший до этого брови, Нестор вдруг улыбнулся. «Конечно, для себя»!» – подумал он. В его голове сложился пазл, который не давал ему покоя последний месяц. Душа Нестора томилась от желания попробовать себя в роли кандидата, но разум упорно твердил: «Ты – сумасшедший! Живи, живи, как все, и не выпендривайся. Куда ты лезешь? Сгинешь за просто так, и все»!» Теперь решение не казалось таким сложным. Он должен понять, нужно ли это прежде всего ему.
Пока Нестор стоял, то улыбаясь и смотря вдаль невидящими глазами, то снова хмурясь и буравя взглядом носки своей обуви, собеседник внимательно наблюдал за отражением мыслей на лице парня. Всеволод сощурил глаза, наклонился ближе к уху нового знакомого и тихо сказал:
– Хочешь стать кандидатом?
На растерянный взгляд Нестора собеседник довольно хмыкнул.
– Еще один сумасшедший, – с сарказмом улыбнувшись и мотнув головой, Всеволод вышел на платформу очередной станции.
Нестор проводил попутчика удивленным взглядом. Ему показалось, что тот услышал его мысли. Странный разговор получился. Сумасшедший или нет, но Нестор всегда чувствовал свое отличие от других. В этой пестро одетой толпе абсолютно серых внутри и безликих людей, с одним и тем же набором жизненных принципов и идеалов. Со временем он научился быть как все, скрывать свое истинное «я». Оно было никому не интересно. Невозможность раскрыться привела к скуке и тоске, леденящей тоске по чему-то такому…
Впрочем, он сам не знал, почему именно. Только ощущение, что годы пролетают впустую, заставляло его пробовать, искать то самое, неуловимое. Разговор с Всеволодом помог принять решение. Он станет кандидатом. Не для других, для себя. Ему надо знать, что он не просто так ест, дышит, он должен знать, что помогает сохранять общество, возможно даже развивать его, что его существование оправдано.
Домой Нестор вернулся воодушевлённым. Как обычно, его встречала мама. Она сразу заметила необычно радостное состояние сына.
– Все в порядке? – с порога спросила она.
– Все просто замечательно! – воскликнул Нестор.
Он обнял мать, усадил ее в кресло и торжественно объявил о своем желании стать кандидатом на должность Каяка. Женщина охнула, всплеснула руками, закрыла лицо. Спустя секунды послышались всхлипывания. Нестор присел рядом с ней на корточки.
– Ну что ты? Что ты? Разве ты не рада? Твой сын, возможно, станет самим Каяком.
Женщина убрала руки от лица, тоскливо посмотрела на сына.
– А как же я?
– Ты станешь матерью самого Каяка. Тебя будут уважать и почитать всю оставшуюся жизнь.
Нестор встал, посмотрел вдаль. На его лице играла гордо-счастливая улыбка.
– Но тебя не будет со мной, – мать жалобно пыталась достучаться до сердца молодого и амбициозного парня.
