- Ладно, - сказал Сэм, не желая сдаваться. - Это не проблема. Сколько это может стоить? Предложи им пятьдесят… двадцать пять процентов от моей доли. Пять сотен долларов за сделку, скажи Чавесу, что и он тоже участвует в этом. Они ухватятся за это. Если ты человек, которому удаются контракты, как ты всегда мне говорил, то они пойдут на это. В любом случае, - сказал он, снова воодушевляясь, - это только начало. На что нам Чавес? Если уж Чавес на это клюнул, так и кто-нибудь из шишек тоже клюнет. Спилберг. Кубрик. При своих достоинствах эта картина принесет сотню миллионов долларов, и это стоит затрат на право издания…
- Да, да, - прервал его Олег. Его голос звучал так, словно он ухмылялся в трубку. - Глядите-ка! Чавес сказал этому парню только «может быть», а он уже учит меня вести посреднический бизнес! - Говорил он, однако, беззлобно, его тон стал определенно заискивающим. -Ладно, Сэм, мы с тобой в паре в этом деле и я помогу тебе. Да, слушай, я нашел кое-что, что может пригодиться. Знаешь Дорфмана, натуралиста? Лучший в стране специалист по тюленям. Обычно он дрессирует их для Тихоокеанского океанариума. Мне как-то довелось устраивать ему выступление.
- Подожди-ка минутку, - сказал Сэм. Непонятная тревога побежала по жилам. - Олег, с чего ты рассказываешь мне об этом дурацком зверском выступлении?
- Я думал, это пригодится для твоих марсиан.
- Не понимаю, о чем ты.
- Ну как же ты не понимаешь, Сэм? Предположим, что ты, может быть, не сумеешь получить с корабля ни одного настоящего марсианина, так? Но я нашел решение. Я только что видел по телевизору их снимки. Убрать эти смешные ручки и зубы, так настоящие тюлени! Если и есть тот, кто сумеет загримировать тюленя под марсианина, то это Херш Дорфман, будь уверен, Сэм.
- Олег! - в муке возопил Сэм. Наступила пауза. Затем агент заговорил.
- Кажется, я начинаю понимать. Ты хочешь сказать, что еще не видел, как выглядят настоящие марсиане, верно?
Снова пауза. Сэм не мог ничего сказать. У него пересохло в горле от ужаса. Агент снова заговорил с обычным раздражением в голосе:
- Сэм, знаешь, у меня встреча. Делай, что я скажу -поезжай домой, включи телевизор и посмотри на своих марсиан. Потом перезвони мне. Конечно, если у тебя будет, что мне сказать.
Если бы на месте Сэма был средневековый самурай, то есть, отважный воин, повергнутый гнусным капризом судьбы накануне победы, то он вспорол бы себе живот в ритуальном акте сеппуку. Коммивояжер, увидевший бы, как рушится Великий Порядок, устроил бы себе пьяную ночку в обществе блондинок.
Харкоурт не сделал ни того, ни другого. Он сидел, ошарашенный, перед своим двадцатисемидюймовым телеэкраном, с яростью и ненавистью глядя на то, что ему показывали. Забытая банка пепси-колы нагревалась и выдыхалась в его руке.
Тюлени? Но марсиане не были даже тюленями! Он свирепо смотрел на кадры, снятые экспедицией Сирселлера. Яркие, живые цвета, чудо технологии, перенесенное в его комнату за сорок миллионов миль. Изображение было четким, насколько позволяли восемнадцать сотен долларов и спутниковая антенна у него за спиной. Он возненавидел то, что увидел. Корабль был готов к отлету. Оставшиеся в живых члены экспедиции, изможденные и больные, тем не менее улыбались, глядя в камеру. У Харкоурта причин для улыбок не было. При всем, что могли сделать телетехники для улучшения их изображения, на экране лучшей в Брентвуд-Хейт телеустановки марсиане выглядели как жирные, тупые, угольно-серые слизняки.
- Дейя Торис, - всхлипнул Сэм. - Ах, вы, ублюдки…
Если бы они были просто уродливы… Если бы они были просто необычны… Но они были омерзительны, отвратительны и, что еще хуже, тупы.
Сэм Харкоурт поставил банку с пепси, ткнул в кнопку монитора. Он сидел, глядя, как гаснет изображение. Когда оно исчезло, вместе с ним ушли и мечты о краснокожих принцессах и воздушных сражениях в небесах Барсума.
- Да что же вы не похожи хоть на что-нибудь! - заорал он в черный экран.
Но они действительно не могли быть похожи ни на что.
Марсиане не могли выбирать своей внешности. Они развивались в соответствии с требованиями окружающей среды более жестокой, чем наша. Они были медлительны, тупы и противны не потому, что хотели такими быть, а потому, что не могли быть иными, чем сделала их окружающая среда… так же, как и Сэма Харкоурта.
Брокоу и представитель НАСА:
Ферди умер.
Число марсиан на борту космического корабля «алгонкин 9» уменьшилось с семи до шести после того, как марсианин по имени «ферди» умер от полученных одиннадцать дней назад при взлете травм .
ОФИЦИАЛЬНЫЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ НАСА КАРЛТОН МЭЙФИЛД СЕГОДНЯ В ПОЛДЕНЬ СДЕЛАЛ КРАТКОЕ СООБЩЕНИЕ, ПОДТВЕРЖДАЮЩЕЕ ПЕЧАЛЬНОЕ ИЗВЕСТИЕ.
На экране: МЭЙФИЛД
ДИКТОР: КАПИТАН ГАРРИ СИРСЕЛЛЕР (Расшифровка стенограммы)
