Пока он работал, телефон звонил шесть раз, последний раз минуты две, пока звонивший не сдался. Сэмпсон не отвечал. Он уже надписал восемь конвертов из манильской бумаги: председателю Палаты и сенатской комиссии по космосу, в «Нью-Йорк тайме» и «Вашингтон пост», в отделы новостей трех ведущих телекомпаний и, немного подумав, в офис журнала «Прогрессив» в Мэдисоне, штат Висконсин.
По пути домой он остановился у почты на Белтуэе, купил в автомате восемь марок и, насвистывая, бросил в почтовый ящик восемь конвертов.
Когда он въехал в дверь гаража, в доме было не совсем тихо. Прежде всего он услышал тихое бормотание телевизора в спальне, где Шейла, несомненно, раздраженно подтачивала пилкой ногти перед экраном. Она не спустилась. Сэмпсон не поднялся наверх.
Кухонный стол был накрыт на одного - остывший кусок бифштекса и сырые овощи были оставлены словно в укор ему. Он не посмотрел на них. Сварил себе чашку какао, вернулся в гараж и еще раз вывел «эконолин» на дорожку.
Прошел почти час, прежде чем он услышал, что Шейла зовет его, стоя в дверях гаража.
- Бернард, ради всего святого! Где ты был? Что ты тут делаешь?
Он не поднял головы от окуляра телескопа.
- Я смотрю на Марс, - сказал он.
- Но где же, черт побери, ты
- Я был занят, - рассеянно сказал он. - Важная работа, но теперь все уже сделано.
Он чувствовал на себе ее взгляд, но это уже не имело значения.
- О да, - сказала она, - догадываюсь. Ты опять не в духе. Наверное, съел слишком много острого перца за ленчем. Испортил себе желудок.
Он обдумал эту мысль.
- На самом деле, - сказал он, - я не ел чилли. Мы были у Хо-Джо. Там я, собственно говоря, видел тебя.
Он не поднял взгляда, даже когда молчание слишком затянулось.
- Бернард, - сказала, наконец, его жена, совсем другим голосом, - если ты хочешь поговорить, то давай поговорим.
- Да, нам надо поговорить, - сказал он, наконец посмотрев с «эконолина» на нее. Он улыбнулся ей. - Но не сейчас, если ты не против. Я не хочу ни о чем говорить, пока письма не дойдут по назначению.
- Письма? Бернард, я не понимаю, о чем ты, но, честно говоря, ты иногда сводишь меня с ума! О каких письмах ты говоришь?
Он был занят разборкой телескопа.
- Я разослал один отчет, - объяснил он, укладывая «Квестар» в ящик. - Важный отчет и, к тому же, последний, который я сделал для «МакроДинТрйстикс». И потому я хочу, чтобы он попал куда надо. - С этими словами он спрыгнул на землю, положил упакованный телескоп на сиденье справа от места водителя. Шейла отошла в сторону, уставившись на него.
Он сел за руль и улыбнулся ей.
- Еще нет, - сказал он, заводя мотор. - Думаю, это случится попозже. Когда он выйдет из тюрьмы.
На пресс-конференции прошлым вечером президенту был задан вопрос о недавно открывшихся фактах, касающихся опасности, грозящей при посадке «Алгонки-ну-9», экспедиции Сирселлера и марсианам. Ниже приводятся вопросы, заданные президенту, и его ответы на них.
ВОПРОС: Мистер президент, Бернард Сэмпсон раскрыл документы, которые, по-видимому, свидетельствуют о том, что посадочная система для экспедиции Сирселлера была плохо разработана, а процедура проверки была опущена. Если эти документы действительно причастны к делу, то авария посадочной системы является прямым последствием некоторых сомнительных решений. Нам, конечно, известно, что это привело к гибели более чем двухсот астронавтов. Как вы можете это прокомментировать?
ПРЕЗИДЕНТ: Все мы глубоко скорбим о гибели этих отважных исследователей. Я намерен сделать все, чтобы эти обвинения были расследованы до конца.
ВОПРОС: Не можете ли вы что-нибудь сказать по этому поводу прямо сейчас?
ПРЕЗИДЕНТ: С моей стороны было бы некорректным говорить что-либо, пока не станет ясно, к чему приведет расследование. После этого у меня будет много что сказать. И вам не удастся заткнуть мне рот!
ВОПРОС: Имеется еще один аспект. Хотелось бы узнать, как вы относитесь к критике того, что марсиан везут на Землю. Некоторые ученые утверждают, что путешествие будет для них фатальным.
ПРЕЗИДЕНТ: Опять началось…
ВОПРОС: Но, мистер президент, разве не правда, что в ходе эволюции жизнь на Марсе приспособилась к меньшему тяготению, и потому они не смогут выдержать тяготения на поверхности Земли, даже если не думать о том, что произойдет при посадке?
ПРЕЗИДЕНТ: Ну, вы знаете, у меня всегда были сомнения насчет эволюции…
ВОПРОС: Но как же их сломанные кости, мистер президент?
ПРЕЗИДЕНТ: Конечно, мы предпримем все меры предосторожности, чтобы оберегать здоровье наших марсианских гостей. Они очень хрупки, вы сами знаете, и требуют специального обхождения. Мы разработали для них то, что называется экзоскелетом. Его изобрел доктор Либер несколько лет назад для возвращавшихся с Луны людей.
ВОПРОС: Это нечто вроде того, что репортеры называют «скорлупой омара»?
