— Так, — недовольным голосом сказал Дмитриев, — итог, как видите, очень печальный. Восемь убитых военнослужащих во время нападения на воинскую колонну. Десять убитых спецназовцев в вертолете во время обнаружения контейнера. Пять убитых террористов в автомобиле. Плюс трое во время нападения. И еще один неизвестный, который получил от своих товарищей удар в живот.
Слишком много убитых. Слишком много. Это говорит, во-первых, о крайней степени жестокости террористов, которые не остановятся ни перед чем во имя достижения своих целей. Вовторых, о наличии у бандитов серьезных разногласий и опасений, если они сводят счеты таким образом. Или убирают ненужных свидетелей. И, наконец, в-третьих… — Он чуть помолчал и добавил: — Фактор майора Сизова.
Мы не имеем права упускать из виду, что на стороне террористов мог оказаться человек, знающий, как обращаться с контейнером и капсулами, заложенными в нем.
— Они рассказали, что это за капсулы? — спросил сидевший рядом с Дмитриевым его первый заместитель полковник Панков.
— Нет. Но мы подозреваем, что эти капсулы с микробами биологического характера, которые действительно могут принести очень большой вред в случае их преднамеренного либо непреднамеренного вскрытия.
Раздался звонок телефона. Дмитриев покосился в сторону телефонного аппарата правительственной связи и сразу снял трубку.
— Слушаю вас, — сказал он несколько напряженным голосом. Видимо, ему сообщили нечто такое, от чего его лицо, и без того суровое и малоподвижное, стало еще мрачнее. — Понимаю, — сказал он, — все ясно. — И положил трубку обратно. Обвел взглядом собравшихся. — Только что закончилось совещание у Президента. Создан оперативный штаб по кризисной ситуации под председательством премьер-министра. Для решения ситуации приказано подключить наш центр по проведению переговоров с террористами. Час назад их представитель снова звонил в Министерство обороны. Они требуют деньги и драгоценности в обмен на капсулы. У нас не более двух часов времени. Приказываю… — Все сидевшие за столом сотрудники ФСБ подвинули к себе блокноты, внимательно слушая своего руководителя. — В течение двух часов постараться установить личность погибшего террориста-одиночки, раненного до этого своими товарищами. Подполковнику Абрамову связаться с руководством МВД, чтобы получать новости непосредственно с мест, держа ситуацию на контроле. Постараться идентифицировать и раненого террориста. Если это возможно. Поезжайте к нему в больницу и попытайтесь что-нибудь узнать. Милиция сейчас ищет двоих террористов, составив на них фотороботы. Дать сообщение о террористах на вокзалы и в аэропорты. Я выезжаю в Министерство обороны, где через полчаса будет заседание чрезвычайного штаба.
Утренний звонок из Москвы застал министра иностранных дел Германии в его боннской квартире. Сегодня было воскресенье и не нужно было никуда торопиться. Но этот неожиданный звонок перевернул ему все планы на сегодняшний день.
— Что произошло? — испуганно спросил Кинкель, понимая, что только чрезвычайные обстоятельства могут вынудить российского министра позвонить ему домой в это воскресное утро.
— Доброе утро, — раздался глухой голос из Москвы, — простите, что беспокою вас дома.
У нас случились большие неприятности.
Министр с испугом подумал о взрыве атомной станции либо хищении ядерного оружия в России. Ничего другого в этот момент он просто не мог придумать.
— Я вас слушаю, коллега, — сказал он дрогнувшим голосом.
— У нас большие проблемы, — повторил российский министр, — хотя отчасти это уже и международная проблема. Наши террористы.
«Я так и думал, — испуганно подумал немец. — Значит, все-таки похитили ядерную боеголовку. Или взорвали атомную станцию».
— Слушаю, — сдавленным голосом произнес он.
— Сегодня утром произошло нападение на нашу воинскую колонну, перевозившую капсулы с отходами из биологической лаборатории, — начал осторожно рассказывать министр иностранных дел. — Капсулы похищены террористами, которые угрожают применить их в Москве.
Кажется, ничего страшного, подумал с облегчением немецкий министр и спросил:
— Это биологическое оружие?
Рядом с российским министром иностранных дел стояли министр обороны и директор ФСБ. Глава дипломатов посмотрел на них, вздохнул и продолжал врать:
— Ничего особенно опасного нет, но в случае попадания этой капсулы в сеть водопровода могут быть серьезные отравления у сотен тысяч наших людей. Вы меня понимаете, господин министр?
— Да, конечно, — уже полностью овладел ситуацией немецкий министр. Это было не так страшно, как он предполагал. — Чем мы можем вам помочь?
— Террорист, который выдвигает нам условия своих товарищей, находится на вашей территории.
— На нашей? — изумился немец. — Но каким образом?
