День мертвых полностью

Мардер смотрел с террасы, как его дочь помогает Скелли и нескольким мужчинам из colonia крепить мачту сотовой связи к одной из низеньких башенок, стоявших по всем четырем углам Каса-Фелис. Внутри башен находились комнатки – неотделанные, но защищенные от непогоды; должно быть, в них собирались хранить мебель с террасы. К одной подвели электричество и трубы под мини-кухню, так в итоге и не установленную, и Скелли планировал использовать помещение под базовую станцию. Один из его «знакомых» имел выход на человека в «Телмексе», который – не задаром, естественно – готов был привязать их ячейку к системе своей компании. Как узнал Мардер, такое проделывалось отнюдь не редко, поскольку состоятельные владельцы удаленных асьенд не имели желания отказываться от современных технологий с их благами. Многим жителям colonia раздали мобильные телефоны, что было не только приятно людям, но и необходимо для эффективной организации миниатюрного ополчения и системы обнаружения угроз, на которую Скелли возлагал большие надежды.

Мардер с огромным удовольствием наблюдал, с какой свирепой сосредоточенностью его девочка загоняет в бетон болты для мачтовых скоб, успевая в процессе перешучиваться со Скелли и остальными. Она выглядела счастливой и как будто не переживала из-за вчерашней встречи с Куэльо-младшим. Мардер с интересом отметил, что пребывал теперь по другую сторону беспокойства, поскольку беспокоиться и вредно, и бессмысленно. У философии no importa madre имелась положительная сторона: человек переставал тратить энергию на беспокойство о вещах, которых не изменишь. От того, что его дочь разбила бутылку о голову Поросенка, Куэльо не станет ненавидеть его сильней, чем прежде, и в каком-то смысле это было даже на руку Мардеру. Вообще-то, ему как раз и хотелось взбесить Куэльо.

Сам он весь день работал над системой интернет-маркетинга. Несколько лет назад ему довелось редактировать книгу по этой тематике, так что сейчас особых сложностей не возникало. Малышке Эпифании было велено обойти мастерские и сделать цифровые снимки изделий, и здесь все тоже шло неплохо. Мардер поручил одной нью-йоркской фирме разработать систему исполнения заказов и вести счета с налоговой отчетностью, а еще одной, в Санта-Кларе, поставлять их продукцию в дорогие специализированные магазины в крупных городах Америки и Европы. Так теперь велась торговля на интернетизированном мировом рынке. Мардер не слишком надеялся, что с его помощью эти люди разбогатеют, но хотел по крайней мере гарантировать им более достойное существование, чем прежде, и обеспечить жильем.

Следующую неделю жизнь текла благополучно, и дом оправдывал свое название счастливого. Заработали сотовые телефоны. На грузовике с платформой им подвезли модульное здание из стали, которое затем собрали на бетонном основании и приспособили под склад с офисом. Всех домашних животных (кроме птиц) отделили от людей и перевели в загоны на северном конце острова. Заложили фильтрационное поле и протянули пластиковые трубы под водопровод. Мардер с удивлением и благодарностью наблюдал, как жители поселка сами организуются для всех этих общественно полезных работ. Скелли или Кармел задавали технические требования, местные принимались за дело и выполняли все без препирательств и неразберихи, чего, впрочем, вполне можно было ожидать от народа с тысячелетним опытом самостоятельного общинного ведения сельского и водного хозяйства.

В этот период Мардером овладела необыкновенная легкость духа, которую до эпохи мгновенных коммуникаций связывали с длительными морскими путешествиями. Случиться может что угодно, что угодно может ждать тебя в порту, но сейчас ты пребываешь в довольстве и покое. Он любил сидеть с бокалом на крыше, посматривая на огни colonia и прислушиваясь к музыке, – в зависимости от направления ветра станции могли быть разными. Со стороны бассейна доносился щебет Лурдес и ее девичьей свиты. После собеседования она стала счастливым гением дома и самым популярным человеком в школе. Все хотели дружить с будущей звездой, и это внимание не только не обратило ее в несносную задаваку, но, напротив, открыло в ней дремавшие до сей поры резервы отзывчивости. Она одалживала подругам одежду и украшения, делилась с ними секретами макияжа, которым научилась от самой Пепы, и если даже в глубине души девчонок снедала зависть, то Лурдес каким-то образом воспаряла над ней на пушистом облачке сбывшихся надежд.