103-й падает в колодец пупка, вылезает, сбегает по длинным бедрам, поднимается на колено, потом спускается на лодыжку и снова начинает подниматься уже с внутренней стороны ноги.
Там он видит пять маленьких Пальцев, тучных и малоподвижных, их кончики покрашены в красный цвет. Он поднимается по ноге. Спринт по икрам, скольжение по белой и гладкой коже. Он скачет по этой теплой розовой пустыне из нежной кожи.
103-й поднимается по бедрам, но пять длинных Пальцев приземляются перед ним, преграждая путь к паху. Экскурсия окончена.
103-й боится, что сейчас его раздавят. Но нет, Пальцы стоят на месте, как будто ожидая встречи. Да, жители Жю-ли-кана были правы: среди Пальцев есть и хорошие. Он все еще живой. Поднявшись на задние лапки, муравей протягивает свое послание.
Длинными накрашенными ногтями указательного и большого пальцев Летиция, как пинцетом, ухватила сложенную бумажку.
103-й колеблется, потом широко открывает мандибулы и отпускает драгоценный груз.
Столько муравьев погибло ради этого волшебного мгновения.
Летиция Уэллс положила бумажку на ладонь. Бумажка размером примерно в четверть почтовой марки с обеих сторон была исписана крошечными буквами. Буквы настолько мелкие, что написанное невозможно было прочесть, но, похоже, это был почерк человека.
– Думаю, этот муравей принес нам послание, – сказала Летиция, пытаясь разобрать написанное на бумажке.
Жак Мелье вооружился большой светящейся лупой.
– С ней прочесть письмо будет легче.
Они поместили муравья в маленький сосуд, потом оделись и склонились с лупой над маленькой бумажкой.
– У меня хорошее зрение, – сказал Мелье, – дай мне ручку, я перепишу те слова, которые сумею разобрать, а остальное додумаем.
