– Ну хорошо. В долине есть ещё оборотни – в человеческом облике. Они что-то вытряхивают на землю.
– Что-то вытряхивают? – растерялся я. – Территорию, что ли, метят?
Мои друзья закатили глаза.
– Караг, ну ты даёшь, как можно быть таким наивным! – сказал Брэндон. – Ну разумеется, они там ничего не метят. Морин, можешь слетать разузнать, что конкретно они вытряхивают? Только незаметно, хорошо?
– Сделаем! – И наш новый товарищ снова без лишних разговоров поднялась в воздух.
Тень сидела на ветке и приходила в себя после схватки с канюком.
А мы пока совещались. Мы все уже были в звериных обличьях, кроме Брэндона. В этой местности бизон сразу бы бросился в глаза нашим врагам.
– Почему дети не убегают? – размышлял я. – Наверное, потому, что боятся хищников. Как думаешь, мы сможем устранить трёх гризли и одного лося?
– Про рысь забыл! – пискнула Холли – мех у неё встал дыбом.
– Ничего я не забыл. Мне такая рысь на один зуб, – заверил я Холли.
– Но лось станет тебе поперёк горла, – сухо заметила Тень.
Тикаани, поразмыслив, внесла своё предложение.
– Мы с Карагом – спетая команда, надеюсь, нам вместе удастся прогнать одного гризли, – сказала она, гордо посмотрев на меня. – Брэндон, справишься со вторым?
– Опасно, конечно, но если я заведусь… ну, вы в курсе, – смущённо ответил наш друг-бизон.
Мы были в курсе. В зверином обличье он даже с одним рогом обладал страшной силой.
– Ума не приложу, что делать с третьим гризли и с лосем, – признался я. – Справишься, Брэндон?
Я понимал, что мои требования непомерны. Брэндон тоже это понимал – он слегка побледнел:
– Вы видели, какие у этих медведей клыки и когти? Гризли запросто могут сожрать бизона!
– Только если случайно наткнутся на дохлого, – возразил я. – Охотиться на живых бизонов им лень.
– Я думаю, сегодня им будет не лень. – Брэндон скрестил руки на груди.
– Если бы у нас была верёвка! – вздохнула Холли. – Тогда бы я смогла справиться с лосём.
– Каким образом? – поинтересовался я.
Когда наша отчаянная белка объяснила, мы схватились за головы, но потом одобрили её план – другого-то у нас всё равно не было.
– Я ещё кое-что придумала, – объявила Холли. – Я проберусь в облике девочки к школьникам и притворюсь, что я одна из них. Тогда я смогу поговорить с ними, узнать, что случилось, и подготовить их к побегу, чтобы они смогли преодолеть свой страх.
– Хорошо придумано, – согласился я. – Пошлёшь мне мысленно картинки всего увиденного и услышанного?
– Договорились. – И Холли тут же ускакала. Пересылать картинки – штука очень сложная, особенно если хочешь, чтобы никто чужой их не увидел. Но наша белка мастер в таких делах, к тому же это легче делать, когда адресаты хорошо знают друг друга – как мы с Холли.
Вскоре вернулась Морин – большая чёрная птица с голой серой шеей – и уселась на сук рядом с нами, коротко крикнув по-испански «привет».
– Они льют на землю какую-то странную розовую жидкость – я такую ещё ни разу не видела, и ещё что-то адски вонючее – бензин, или керосин, или что-то вроде того, – обеспокоенно доложила она.
– Бензин? Он же нужен, чтобы ездить на машине?
Кажется, у меня ещё один пробел в знаниях о человеческом мире.
– Где точно находятся эти люди? Нарисуй, – занервничал Брэндон. Огромным загнутым клювом Морин начертила на земле примерный план.
Я нахмурился. Розовую жидкость люди Миллинга лили примерно одной линией в долине Солт Лик Дро, а бензин – параллельно к первой линии, только выше по склону.
Брэндон сжал кулаки:
– Хорошо, что я проходил практику в пожарной части: иначе не разобраться, что всё это значит. Но я всё равно не могу поверить. Судя по всему, они хотят спалить весь склон горы, чтобы огонь выполнил за них всю грязную работу!
Мы молча смотрели на него.
– Какую грязную работу? – спросил я. – Ты о чём?
