-- Нужно объявлять эвакуацию, - настойчиво произнес бригадир, побледневший от страха. - Живо! Без защитного снаряжения здесь нельзя оставаться ни секунды! Иначе такую дозу схватим, что и недели не протянем!
-- Я вызову специальную команду из Владивостока!
-- Дайте приказ увести отсюда людей! Я не самоубийца!
Офицер колебался несколько секунд, делая выбор между чувством долга и инстинктом самосохранения. Он боялся радиации, представляя последствия, которые будут мучить его и его людей всю оставшуюся жизнь. Все сомнения развеял подошедший к разбившейся боеголовке русский рабочий со счетчиком Гейгера.
-- Тысяча микрорентген! Прибор зашкаливает!
-- Тревога! - немедленно скомандовал офицер стоявшему рядом моряку. - Капрал, объявить общую эвакуацию! Выполнять, быстрее!
Бронемашина LAV, оснащенная эффективной системой защиты от оружия массового поражения, оказалась единственным действительно безопасным местом. Ее экипаж торопливо задраивал люки, запуская вентиляционную установку. Избыточное давление, нагнетаемое внутри БТР, препятствовало проникновению радиоактивной пыли. Остальные же моряки, лишенные каких-либо средств защиты, торопились скорее покинуть опасное место. Вместе с ними бежали и русские рабочие и техники, в лучшем случае, имевшие лишь абсолютно бесполезные сейчас респираторы. Машинисты с тепловоза, доставившего груз боеголовок, тоже не стали медлить, присоединяясь к бегущим.
Живой поток хлынул в распахнутые ворота, источая почти ощутимый сейчас физически животный страх перед невидимой и беспощадной смертью, от которой не было спасения. Через несколько минут на территории "объекта 1201" осталось лишь с полдюжины русских рабочих и отгородившиеся ото всех опасностей окружающего мира броней LAV-25 морпехи. Они не видели, как двое атомщиков вытащили из кузова припаркованного возле одного из складов "Урала" противотанковые гранатометы РПГ-7.
Две реактивные гранаты ударили в борт бронемашины, и кумулятивные струю расплавили металл, выжигая боевое отделение. Американцы умерли почти мгновенно, но за ничтожные доли секунды, отделявшие жизнь от смерти, успели испытать жуткие мучения, заживо сгорая в тесноте заброневого объема.
-- За дело, мужики, живее, - приказал бригадир, прежде, чем стих грохот взрыва. Сейчас он ничуть не казался испуганным, словно это уже был другой человек. - Вскрыть третий вагон! Михалыч, давай за резаком!
Четверо бросились к запечатанному вагону, сбивая пломбы и срывая замки фомками, а их товарищ уже тащил сварочный аппарат. Поравнявшись со старшим, он злорадно усмехнулся:
-- Сейчас приготовим этим сукам подарочек! Не нарадуются, мрази!
Шесть человек работали, как одно целое, хотя каждый занимался своим делом. Вагон был вскрыт за минуту, и изнутри на руках вынесли три массивных цилиндра из серого металла, помеченных малопонятной маркировкой и знаками радиационной опасности. Их быстро погрузили в кузов "Урала", и один из атомщиков запрыгнул в кабину, поворачивая зажигание.
-- Михалыч, как тут?
Бригадир подошел к своему товарищу, надвинувшему на лицо маску и увлеченно резавшему один из лежавших на земле конусов.
-- Готово! - сварщик встал, откладывая в сторону свой инструмент. - Вот он, заряд!
Мужчина извлек наружу две увесистей полусферы, чувствуя, насколько они теплые, даже сквозь рукавицы. Он держал на ладонях саму воплощенную смерть - несколько килограммов оружейного плутония, ядерное взрывчатое вещество, начинку боеголовки 15Ф173 межконтинентальной баллистической ракеты Р-36М2 "Воевода". В момент, когда два полушария сталкивались под запредельным давлением, высвобождалась энергия, эквивалентная восьмистам тысячам тонн тротила, достаточно, чтобы стереть с лица земли целый город. Но сейчас это были лишь два куска металла, смертельно опасного только для того, кто прикасался к ним голыми руками.
-- Все, Костя, считай, меня уже нет, - негромко произнес Михалыч, опуская свою добычу на землю. - Ты бы отошел, что ли.
-- Думаешь, поможет? Ну протяну пару лишних месяцев, а оно мне нужно? Давай-ка закончим скорее, пока пиндосы не чухнулись!
В кузове "Урала" нашлось несколько килограммов пластида, которым облепили, точно глиной, обе полусферы, воткнув во взрывчатку сразу полдюжины взрывателей. Бригадир Костя взял в руки подрывную машинку, самую примитивную, не какой-нибудь радиодетонатор, которому можно поставить помехи. Теперь для взрыва ему лишь требовалось вдавить большую кнопку, замыкая электрическую цепь.
-- Валите, быстрее, - приказал он своим помощникам, двое из которых уже сидели в кабине грузовика. - У вас окно минут десять, не больше! Они накроют частой честью все в радиусе с полста километров! Помните, куда доставить груз?
-- Помним. Костя, а ты, что, не с нами?
Бригадир качнул головой:
-- Мужики, вы только не подведите! Ну, давайте, с Богом!
