Петляя, они пробежали по улице под аккомпанемент орудийных залпов, доносящихся откуда-то из-за горизонта. А затем где-то над головами раздался громкий хлопок, когда разорвался кассетный снаряд М892 калибра 155 миллиметров, рассеивая свое содержимое, шестьдесят четыре кумулятивно-осколочные гранаты М85, над целым кварталом. Артналет накрыл городские окраины внезапно. Взрывы стеной встали со всех сторон, весь мир исчез в огне. Ярослав почувствовал, что его ноги отрываются от земли, а затем недолгий полет оборвался падением во мрак.
Сквозь забытье партизан чувствовал, что его куда-то тащат, кажется, по лестнице, судя по частым ударам ступеней по затылку. На какое-то время, внутренние часы, видимо, окончательно расстроились, чтобы понять, были то минуты или дни, он провалился в небытие. Когда Васильев очнулся, кое-как разлепив веки, то увидел над собой белоснежный потолок, а в нос ударил знакомый запах лекарств и дезинфекции.
Ярослав дернулся, пытаясь встать, и застонал от боли. тело отказывалось подчиняться даже самым простым командам. Неожиданно в поле зрения появилось лицо. Женщина, довольно молодая, и, наверное, симпатичная, если бы не печать ужаса, коснулась его плеча, произнеся:
- Лежите. Вам нельзя шевелиться. Я только швы наложила.
- Где я? Это лазарет? Как я здесь оказался?
Догадка была вполне оправдана - из-под перепачканного пуховика, в который куталась незнакомка, был виден медицинский идеально белый халат.
- Это аптека. Мы здесь прячемся. Под окнами стреляли, когда все стихло, я увидела вас. Вам осколок вошел в плечо, еще один - в ногу. И их извлекла.
- Аптека? А вы кто? Доктор?
- Медсестра из районной поликлиники. Лежите спокойно, поменьше разговаривайте, не хочу, чтобы сюда кто-то пришел на шум.
Постепенно наркотический дурман отступил. Ярослав понял, что, во-первых, он по пояс обнажен, оставшись только в брюках, причем одна брючина была распорота до колена. Грудь стягивала тугая повязка, сковывавшая движения. Во-вторых, оказалось, что он находится в каморке, от пола до потолка заставленной коробками из-под лекарств. Только в уголке нашлось место для низкой кушетки, на которой и разместился раненый. И, в-третьих, очень скоро он выяснил, что не один занимает это не слишком надежное укрытие.
Двое детей жались друг к другу, забившись в угол и с головой накрывшись синей курткой с надписью "Скорая помощь" на спине. Девочка, на вид лет пятнадцати, белобрысая, в веснушка и с задорно вздернутым носиком прижимала к себе мальчугана, которому едва ли было лет семь. Иногда снаружи доносились выстрелы, пару раз что-то громыхнуло, скорее всего, это рвались во дворах ближайших домов мины. Каждый раз дети испуганно вздрагивали, еще теснее прижимаясь друг к другу.
- Не робей, прорвемся, - усмехнулся Ярослав, заговорщицки подмигивая. - Все будет хорошо!
Женщина, из-под огня вытащившая партизана, принесла в кладовку и его снаряжение. Правда, от бушлата и свитера остались только пропитавшиеся кровью лохмотья, но зато бронежилет и "разгрузка", набитая магазинами к "калашу", были здесь, целые и невредимые, если не считать дырки в спинной пластине. Автомат стоял в уголке, заботливо прислоненный к стене.
Когда женщина в медицинском халате снова заглянула в подсобку, Ярослав, приподнявшись на локтях, спросил:
- Как вас зовут?
- Ира. Лежите же, кому сказано. Вам нельзя сейчас шевелиться!
- Некогда мне лежать, Ирочка! Нужно уходить. И вам тут оставаться тоже не стоит!
- Я никуда не уйду и вас пока не пущу. Чего нам бояться? Никто с женщинами, детьми и ранеными не воюет.
Васильев лишь горько усмехнулся, вспомнив одну из первых своих командировок "на войну". Автобус с ранеными, попавший в засаду в горах, они нашли слишком поздно, вдоволь насмотревшись на то, что осталось от пяти пацанов-срочников, которых сопровождали в госпиталь две женщины-фельдшера. Блевали на обочине тогда все без исключения, и молодые, и "старики", а про отряд их с тех пор знали и свои и "духи", что ОМОН из Екатеринбурга пленных не берет.
Раскатистый гул пулеметной очереди за окнами заставил вздрогнуть всех одновременно. Затем где-то рядом заворчал двигатель, захрустело битое стекло под колесами остановившейся машины.
- Спрячьтесь, - приказала Ира. - Посмотрю, кто там. Если это ваши, можете уехать с ними, а если чужие... Надеюсь, вас не станут здесь искать.
Напоследок велев детям сидеть тихо, женщина вышла в зал, а навстречу ей, высадив запертую дверь прикладом, ввалились трое в американском "цифровом" камуфляже. Один из них, коренастый негр, тащил на себе товарища, лицо и грудь которого были в крови. Он опустил раненого прямо на пол, и, отпихнув к стене стоявшую на пути женщину, принялся громить витрины, раскидывая упаковки с лекарствами. Третий, отставив в сторону карабин, стал открывать, один за другим, ящики.
- Что вы ищете? - Женщина схватил одного из американцев за рукав. - Что вам нужно? Я все вам найду сама!
- Go to hell!
