- Это и есть свобода слова, брат, - усмехнулся Волков. - Хотят - разрешат говорить правду, не хотят - все разом затыкаются. Не бомба - наше самое сильное оружие, боец, а страх! Если заставим ублюдков бояться по-настоящему, если они поймут, что в любой миг могут сгореть в ядерном огне, или чуть позже сдохнуть от радиации, начнется хаос, и пиндосам будет уже не до России. Вот их вожаки и затыкают всем рты, скрывая правду, потому что правда уничтожит их скорее, чем самый мощный ядерный взрыв!
Четвертый диверсант, не принимая участия в беседе, склонился над ноутбуком, щелкая мышью и иногда принимаясь молотить по клавишам. Переходя с сайта на сайт, он пробегал взглядом новостные ленты, с которых сочилось сытое спокойствие богатой и всем довольной страны. Разве что рост цен на бензин, да кое-где вспыхивавшие из-за этого беспорядки нарушали идиллию. Казалось, никто здесь даже не предполагает о присутствии партизан, но стоило только выглянуть наружу, на курсировавшие по автостраде туда-сюда патрули, на кружившие в поднебесье геликоптеры, становилось ясно, что это лишь ширма. Наконец, войдя в почтовый ящик, созданный лишь пару часов назад, диверсант увидел новое - и пока единственное - письмо, после чего, оторвав взгляд от монитора, уставился на Волкова, глухо произнеся:
- Получено "добро" на проведение операции, командир. Срок истек. Американцы отказались выполнить ультиматум, их войска остаются в России.
- Что ж, - командир спокойно пожал плечами. - Мы для этого сюда и прибыли. Кто бы поверил, что этих выродков так просто окажется запугать! Они скрывают правду от собственного народа? Значит, нужно сделать все при как можно большем числе свидетелей! Будем прорываться в центр города с боем, парни, и там поставим точку!
Партизаны мрачно переглянулись. Никто не питал иллюзий насчет собственной участи, каждый был готов к смерти, но все-таки каждый втайне мечтал, что сумеет ее избежать. Расчет на то, что удастся выйти к цели незаметно, просто оставить там бомбу, что спокойно лежала сейчас на полу в соседней комнате, и уйти, прежде чем "адская машина" за один миг превратит в пепел несколько густонаселенных кварталов, не оправдался. Но противник не был намерен давать хотя бы малейший шанс на успех.
- Полиция! - Романов, рывком выхватывая из-за пояса пистолет, в стволе которого уже находился первый патрон, отпрыгнул от окна. - Спецназ снаружи, окружают!
- Вот суки! - Волков вскочил, подхватив стоявший на полу на сошках пулемет FN-MAG, по привычке обмотанный снаряженной лентой, патроны в которой глухо брякнули. - К бою!
Партизан приблизился к окну, держась сбоку от проема. В щель меж плотных занавесок можно было видеть низко пригнувшиеся человеческие фигуры в черной униформе, мелькавшие между машин.
- Десятка полтора, как минимум. Хорошо обложили, качественно, со всех сторон!
Диверсанты, подхватив оружие, уже занимали позиции возле окон, торопливо возясь с застежками бронежилетов - никто из опытных бойцов не пренебрегал средствами защиты.
- Как они нас вычислили? - едва не плача, простонал Романов, затравленно взглянув на своего командира.
- Это не важно! Сейчас они атакуют, надо устроить этим козлам теплый прием! Слава, давай к черному ходу, они наверняка пойдут в обход!
- Есть, командир!
Дюжий парень с перебитым носом, как раз закончивший чистку карабина, вогнал в горловину М4 лежавший на столе снаряженный магазин, еще три "рожка" сунув в карманы брюк, и, надев бронежилет на голое тело, молча кивнул, уже перешагивая через порог номера. Через миг он с хрустом выдавил плечом хлипкую фанерную дверь угловых "апартаментов", услышав сперва перепуганный женский визг, а затем увидев мечущиеся под простыней обнаженные тела. Парень, довольно крепкий, хотя и уступавший диверсанту ростом и шириной плеч, вскочил с постели, шагнув навстречу, но, наткнувшись на несильный толчок в грудь, отлетел назад.
- В угол, - по-английски бросил партизан, шагнув к окну, из которого открывался неплохой обзор на задворки мотеля. - Тихо! Не дергайтесь!
Прислонив карабин к стене, он сорвал бронежилет, бросив его забившимся за шкаф так и не одевшимся любовникам, а затем, одной рукой оторвав от пола разложенный диван, перевернул его, превращая в баррикаду.
- Спрячьтесь, - приказал диверсант. - Не высовывайтесь, и, возможно, останетесь живы. Сейчас здесь станет горячо!
