Под толстыми подошвами прыжковых ботинок скрипела галька. Осторожно ступая по тяжелому мокрому песку, по камням, скользким от воды, Алексей Басов спустился к кромке воды. Шторм, пришедший со стороны океана, стих, волны, еще недавно вздымавшиеся многометровыми горами, грозившими погрести навеки в пучине безумцев, в такую пору вышедших в море, лениво лизали носки ботинок. Полковник, опустив на песок автомат, висевший на плече, направил задумчивый взгляд к горизонту. Именно здесь, на этом самом месте заканчивалась Россия, его родина, за которую он был готов умереть, и за свободу которой столь многие уже отдали свои жизни. Здесь был ее край, но не край мира. Где-то впереди угадывались очертания приземистых берегов Хоккайдо. А может, Басов просто убедил себя, что видит кусочек чужой земли, такой близкой и такой недоступной.
С небес донесся могучий рокот, и полковник, обернувшись, запрокинул голову, чтобы насладиться зрелищем, далеко не новым, но так и не ставшим привычным. Огромный самолет, чуть покачивая крыльями, неторопливо проплыл над головой, не без труда преодолевая силу земного тяготения и медленно набирая высоту. В картине летящего вопреки всем законам природы стасорокатонного самолета было нечто мистическое, и Басов не смог отвести глаз, пока крылатая машина не скрылась за горизонтом. Он узнал новейший японский транспортный самолет Кавасаки С-2 по трехцветному непривычному для грузовых машин камуфляжу. Самолет исчез в облаках, и в этот миг серая пелена, затянувшая небо, раздвинулась, и под ноги стоявшего на линии прибоя Басова упали робкие лучи солнца, тусклого, зимнего, но все равно радовавшего душу, будто среди зимы вдруг началась весна.
Офицер, следя за игрой бликов на гребнях волн, медленно лизавших берег, вытащил из кармана пачку сигарет. Нашарив зажигалку, простую пластиковую, он чиркнул кремнем, с наслаждением вдыхая табачный дым и оставшись впервые за долгое время наедине с самим собой.
- Товарищ полковник, - Алексей обернулся, выискивая взглядом того, кто окликнул его. - Товарищ полковник!
Олег Бурцев, неуклюже балансируя на крутом склоне, покрытом мокрым песком, спустился на узкую полоску пляжа, направившись к полковнику.
- Товарищ полковник, японцы начали выводить войска! Они возвращаются на свои базы, оставляют Сахалин!
Снова на землю, еще не остывшую после боя, закончившегося совсем недавно, обрушился рокот турбин. На этот раз звук пришел с запада. Пузатый Ан-12Б, транспортник со взлетным весом шестьдесят тонн, способный поднимать двадцать тонн груза на десятикилометровую высоту, заходил на посадку в аэропорт Южно-Сахалинска, вспарывая воздух сверкающими кругами яростно вращавшихся винтов.
- Что же, выходит, что мы победили?
Бурцев, на плечах которого красовались лейтенантские погоны, стащил с плеча свой АК-74, с которым по привычке не расставался ни на минуту, прислонив его к гладкому камню, отшлифованному волнами и морским ветром, и улыбнулся во весь рот:
- Конечно, победили, товарищ полковник! Разгромили их, разбили в пух и прах!
Олег улыбался, и полковник Басов тоже улыбался в ответ, и только на глаза вдруг предательски навернулись слезы, стоило лишь вспомнить тех, кто не дожил до этого дня, о котором все так страстно мечтали.
- Жаль, не все видят это, - произнес полковник, и голос его дрогнул, едва заметно, самую малость. - Многие так и лежат в ставропольских степях, в архангельских лесах, в предгорьях Урала и на московских улицах. Как же мало нас осталось!
- Из моего взвода осталось девять человек, всего девять из двадцати пяти, и не все из них могут дожить до завтрашнего утра. И в остальных взводах то же самое. Батальон превратился в роту за несколько часов. Победа нам досталась не дешево!
По склону сбежал, едва не упав дважды, незнакомый сержант, бросившийся со всех ног к офицерам.
- Товарищ полковник! Товарищ лейтенант! - боец запыхался, с трудом выталкивая слова из горла. - Объявлен общий сбор! Вас ждут на аэродроме!
- Что за срочность?!
Оба, и Басов, и Бурцев, почувствовали смутную, беспричинную тревогу.
- Несколько минут назад в море обнаружено японское десантное соединение, шесть кораблей во главе с вертолетоносцем "Хиуга"! Полным ходом идут к Камчатке и будут у ее берегов через пять часов! Объявлена полная боевая готовность, бригада готовится к переброске на север!
Офицеры выругались в один голос, и Басов, раздраженно сплюнув под ноги, произнес мрачно:
- Черта с два это победа! Вот ублюдки!
- Ничего, товарищ полковник, отдохнули маленько, и ладно, - ухмыльнулся Олег Бурцев. - Здесь мы их раздолбали, и с Камчатки скинем на хрен. Это наша земля, это Россия, и никому мы ее теперь не отдадим! Так что рано нам на покой еще!
