— Цель помечена! — сообщил оператор, когда лазерный луч, невидимый для невооруженного глаза, уткнулся в камуфлированный борт массивной русской бронемашины, той самой, внутри которой находился министр Самойлов. — Готов к атаке!
— Уничтожить цель!
Оператор вдавил кнопку пуска ракет, и управляемый снаряд AGM-114 «Хеллфайр» сорвался с пилона. Набрав скорость свыше трехсот метров в секунду, он летел параллельно подсвечивавшему цель лазерному лучу. Если даже с земли заметили атаку, предпринять там ничего не могли. Через несколько мгновений противотанковая ракета врезалась в борт «Медведя», контактный взрыватель подал команду на детонацию кумулятивной восьмикилограммовой боеголовки, и струя раскаленной плазмы пронзила тонкую броню, выжигая все, что находилось внутри.
— В десятку! — воскликнул оператор, наблюдая на экране последствия ракетной атаки. — Цель поражена! Прямое попадание!
— Огонь по головной машине!
«Медведь», получивший ракету в борт, перевернуло, развернув поперек дороги, так что горящий остов перекрыл движение. Один из замыкавших «Тигров» успел отвернуть, управляемый водителем-асом, но второй на скорости не меньше девяноста километров в час врезался в горящий бронетранспортер. Головная машина, вырвавшаяся вперед на несколько сотен метров, лишь теперь затормозила, поворачивая назад, и именно в этот миг по ее борту мазнул луч лазерного целеуказателя.
— Пуск! — скомандовал агент АНБ, и оператор, управлявший MQ-8, второй раз нажал на гашетку.
«Хеллфайр», выпущенный с большой высоты, буквально упал на «Тигр» в тот миг, когда из него выбрались несколько человек, бросившихся к горевшим бронемашинам. Ракета, точно брошенное с силой копье, вонзилась в широкую плоскую крышу, и кумулятивная боеголовка сдетонировала, выбросив огненную иглу, с легкостью пронзившую лист стальной брони, чтоб добраться до внутренностей машины и ее топливных баков. Пары топлива вспыхнули мгновенно, и взрыв сбил с ног тех, кто оказался возле «Тигра», ударив им в спину тугой волной горячего воздуха, раскидав людей по асфальту.
— Запускайте НАР[13]! — приказал командир группы, видевший на большом мониторе суету уцелевших после первой атаки людей, тех, что находились в замыкающей машине и теперь бежали к «Медведю», будто надеясь кого-то спасти. — Там никто и ничто не должно уцелеть!
Там, внизу, на шоссе, так и не поняли, откуда пришла за ними смерть. Несколько русских солдат, оглушенных, испуганных, растерянно вертели головами, надеясь обнаружить угрозу, но когда они услышали шелест обрушившихся из поднебесья ракет, было слишком поздно. В последний миг один из русских, заметив темную точку возле горизонта, вскинул руку, указывая точно в объектив бортовой камеры MQ-8 и что-то крича своим товарищам. А через секунду на подмосковной автостраде разверзся ад.
Семь ракет FFAR с кассетными боеголовками М261 MPSM накрыли участок автострады, рассыпая над ним полсотни осколочно-кумулятивных суббоеприпасов М73 двойного назначения. Огненный вал поглотил все, что находилось на земле, чтобы, когда пламя спало, оставить лишь пылающие остовы машин и обугленные куски плоти.
— Как в тире, мать твою! — помотал головой оператор, управлявший беспилотником.
— Возвращайте «дрон» обратно, — приказал агент АНБ. — Сворачиваемся!
Израсходовавший весь боекомплект «Файр Скаут» лег на обратный курс, напоследок пройдя над шоссе, усеянным гоящими обломками и трупами. Сотрудник АНБ довольно потер ладони — приказ был выполнен, им удалось провернуть все под носом у русских. Он еще не знал, что дорогие «Хеллфайры» были истрачены напрасно — главной цели уже не было там, где ей полагалось находиться.
Колонна остановилась примерно через полчаса после того, как позади осталось Раменское. Самойлов, прикинув, с какой скоростью могут двигаться бронированные машины по приличной дороге, сразу понял, что даже до московских пригородов им ехать еще столько же, даже больше. И насторожился, гадая о причинах столь внезапной остановки.
Мотор «Медведя» вновь перешел на холосты обороты, и Аркадий услышал едва проникавший под броню снаружи новый звук, уже очень сильно отличавшийся от гула автомобильных двигателей. Что-то этот звук напоминал, но министр так и не сообразил, что именно — по броне снаружи хлопнули пару раз, и один из сопровождавших Самойлова конвоиров распахнул двери десантного отсека.
— Господин министр, выходите, — приказал Быстрицкий, глядя снизу вверх на недоуменно морщившегося Самойлова. — Побыстрее! Филиппов, помоги господину министру!
