— Кретины! Залили половину России кровью и думали, что никто ничего не узнает! А теперь развлечения этих дикарей увидит весь мир!
— Но мы то не при делах, — усмехнулся Бейл. — Это удар по репутации «Юнайтед Петролеум», а не по администрации США!
— Русские переиграли нас! Добыли нужную информацию, обнародовали ее, да еще и заманили наших солдат в засаду! Двадцать покойников при неясном числе потерь со стороны самих террористов! Настоящая бойня! Это разгром, и о нем тоже скоро станет известно!
Неожиданно резкая боль пронзила грудь Бейла, и советник по безопасности схватился за сердце, шумно выдохнув. Бейкерс заботливо подхватил бывшего главу ЦРУ под локоть, озираясь по сторонам в поисках помощи. Стоило погромче крикнуть, и появятся или морские пехотинцы, или крепкие парни из Секретной Службы, и те и другие знают, что делать, их обучали не только стрелять и с одного удара ломать ребра. Реджинальд Бейкерс уже набрал побольше воздуха в грудь, но Бейл уже пришел в себя, негромко произнеся:
— У меня очень скверные предчувствия, Реджинальд. Но ты все же должен что-то сделать, пока Говард окончательно не впал в истерику!
В эти минуты по всему миру уже десятки тысяч людей, прильнув к своим мониторам, следили за тем, как жуткого вида бородачи в камуфляже и с зелеными повязками на головах в упор расстреливают вздымающего над головой распятие священника на пороге деревенской церквушки. Волны шока уже разошлись по десяткам стран.
Гарри Хопкинс выругался, нажав на клавишу, и на картинка на экране застыла. Тогда британец выругался еще раз, а затем взглянул на стоявшего у него за спиной главу московского офисе «Би-Би-Си»:
— Откуда это дерьмо, Найджел? Такой мерзости я давно не видел!
Британский репортер оказался одним из первых, увидевших расстрел пассажиров автобуса, перехваченного на глухом перегоне группой чеченцев, искавших русских террористов. Хопкинс с отвращением смотрел на сведенные злобным оскалом бородатые лица тех, кто выстрелами в упор, а от и вовсе ударами ножей добивал лежавших на обочине русских крестьян, среди которых почти не было мужчин, зато хватало детей и их матерей. А оператор, единственный, кто оставался невидимым, ходил между трупов, крупным планом снимая залитые кровью лица, искаженные ужасом и болью.
— Запись нам прислали по почте, вот конверт. — Найджел Бриггс показал бумажный квадрат. — Естественно, отправитель неизвестен. И мы не единственные счастливчики, Гарри. Кое-кто из коллег, работающих здесь, в Москве, тоже получил похожие записи. Эти чеченские ублюдки успели создать целый архив, мать их!
— Мы пустим это в эфир? Рейтинги нам обеспечены!
— Не знаю, черт возьми, — растеряно пробормотал Бриггс. — Рейтинги, да, конечно, но это будет хороший удар по американцам, ведь на форме чеченцев логотипы «Юнайтед Петролеум», они числятся сотрудниками службы безопасности корпорации. А за нефтяной компанией стоят люди из Администрации, не зря же нефтяников охраняет Армия США. Если вывалим на всеобщее обозрение эту грязь, нам не простят, да, Гарри!
— Не мы, так другие, кто-то не удержится от такой возможности!
— Но мне моя голова и кресло под моей задницей пока еще достаточно дороги, я не готов рисковать, — помотал головой Найджел Бриггс. — Все это может оказаться провокацией, вся эта грязь.
— Если так, шеф, мы можем сами разобраться во всем! Я готов съездить на место, посмотреть, что к чему! Отправь в командировку меня и Уильяма!
— Там же война, Гарри! Я американцы не очень рады репортерам, предпочитают обделывать свои делишки без лишних глаз и ушей!
— Тем более мне нужно быть там, — напирал Хопкинс. — На войне я провел половину своей сознательной жизни, Найджел! Черт возьми, я был на Балканах, в Ираке, в Палестине, и не думаю, что в России будет страшнее! Ты же можешь договориться с американцами, чтобы они разрешили нам работать в своей зоне ответственности?
— Будет непросто, — задумался Бриггс, но по его взгляду Гарри Хопкинс уже понял, что шеф московского бюро «Би-Би-Си» ухватился за идею. Запахло эксклюзивном, Найджел Бриггс знал, на что способен его подчиненный. — Вас будут опекать постоянно, держать на коротком поводке, не дадут ступить и шагу!
— Ты, главное, сделай так, чтобы мы с Уильямом были там, все остальное — моя забота, Найджел! Дай мне неделю, и у нас будет «горячий» репортаж!
В эти часы не только Бриггс, но и главы представительств других информационных агентств, аккредитованных в Москве, мучились сомнениями, получив копии чеченского видеоархива. Кто-то решил рискнуть, выпустив в эфир кадры расправ над русским населением, из принципа или в погоне за вниманием аудитории. Другие, более осторожные, отложили записи в сторону, чтобы воспользоваться ими потом, при более удобном случае — или не воспользоваться вовсе.
