— Скоро этой «Кило» придется всплыть. Эксперты в один голос утверждают, что использовать похищенные ядерные заряды как боеголовки для торпед невозможно. Значит, русские попытаются высадиться на сушу и там взорвать свои «ньюки». Этого мы допустить не можем. Да, и еще свяжитесь с Учебным Центром Морской пехоты Сан-Диего, у них тоже есть авиация. Как только подлодка окажется на поверхности, ее нужно немедленно уничтожить!
На согласования и обсуждения ушло на удивление немного времени. Через каких-то тридцать минут военные базы на юго-западном побережья США, принадлежащие ВМС, ВВС, Морской пехоте и даже Береговой Охране, охватила лихорадочная суета. Аэродромы начали буквально выплевывать в воздух самолеты и вертолеты, устремлявшиеся курсом к морю, и в небе совсем скоро стало тесно от грохочущих крылатых машин.
А «Усть-Камчатск» действительно начал всплывать, вскоре показавшись на поверхности. Все действия были отрепетированы заранее, и на ходовой мостик подлодки, с которого, пусть и в мощную оптику, можно было уже рассмотреть берег врага, поднялись четверо стрелков с ПЗРК на плечах. А бойцы Тараса Беркута с ним самим во главе собрались в кают-компании. Все двенадцать партизан были в гидрокостюмах и масках, у кого-то висевших на шее, у других — поднятых на лоб. У ног каждого бойца лежало надежно упакованное оружие с запасом патронов, гранаты, РПГ и прочее, что они подняли на борт еще у родных берегов. И здесь же — три свинцовых цилиндра, ядерные снаряды, пугавшие всех яркими черно-желтыми знаками радиационной опасности.
— Готовы? — Командир обвел своих людей пристальным взглядом. — Действуем по плану без изменений. Идут три группы, по четыре человека. Состав групп все помнят? Со мной Алаханов, Карпенко, Тохтырбеков, — и он снова назвал поименно своих людей, сейчас заметно нервничавших. — Еще раз напоминаю, вы должны сделать все, чтобы остаться незамеченными. Против вас бросят все силы, полицию, контрразведку, возможно, и армию. У каждой группы есть основная цель и срок, когда она должна доставить туда устройство. Если к основной цели не подобраться, идите к запасной, не рискуйте. Если обложат со всех сторон, мой вам совет — живыми не сдавайтесь, рвите заряды там, где получится, лично я намерен поступить именно так. Наша задача — создать здесь панику, заставить сытых американцев по-настоящему испугаться, и это будет нашей победой. Я верю в вас, парни. С Богом!
Сам Беркут и Заур Алханов, бывший гвардеец-десантник, подхватили вьюки со снаряжением, а двое их товарищей подняли тяжеленный контейнер с атомным снарядом, двинувшись на палубу. А там уже спускали на воду надувные лодки-«зодиаки», вокруг суетились матросы в спасательных жилетах.
— Майор, мы всплыли дальше от берега, чем планировали, — окликнул Беркута капитан Шаров. — Вам придется преодолеть еще не меньше двадцати миль. Я не рискнул подходить ближе.
— Это нормально, справимся, — усмехнулся спецназовец. — Теперь точно справимся!
— Давайте живее, пока нас не накрыли! По моим расчетам, на высадку у нас минут десять, потом станет поздно.
— А сам что делать станешь, когда мы уйдем?
— Когда уйдете, мы американцам будем уже не интересны, — хмыкнул Владимир Шаров, тоже выглядевший напряженным, едва сдерживавшим волнение. — Как-нибудь прорвемся. Ты там, майор, со своими орлами, главное, не подкачай. Слишком много хороших мужиков головы сложили, чтобы ваша команда оказалась здесь!
— Будь уверен, все сделаем, как надо, товарищ капитан!
Мужчины крепко обнялись, прощаясь, как лучшие друзья, которым вышло расстаться на всю жизнь. А затем Тарас Беркут зычно рыкнул:
— Группа, грузимся!
Керим Тохтырбеков первым спрыгнул в покачивавшийся на волнах «зодиак», принимая увесистые вьюки с оружием и укладывая их на дне лодки, постепенно оседавшей в воду все глубже и глубже. Затем к нему присоединился Заур Алахнов, и уже вдвоем партизаны приняли цилиндр ядерного снаряда, для надежности укутанный, словно любимый ребенок заботливой матерью.
— Держи!
Беркут бросил в протянутые руки Тохтырбекова темно-зеленый тубус ПЗРК «Игла-С», который отставной старлей уложил на дно рядом с прочим грузом.
— Все, что ли? — Беркут обернулся к подававшему ему рюкзаки и баулы Карпенко.
— Готово, командир!
— Все, отчаливаем!
Пропустив подчиненного, Беркут последним спрыгнул в лодку, немедленно скомандовав:
— Заур, будешь рулить! Заводи!
Мощный подвесной мотор «Сузуки» взревел, когда Алханов рванул шнур стартера. Винт взбил фонтан пены за комой лодки, и «зодиак», подпрыгивая на волнах, рванул к берегу, точно отпущенный с привязи породистый жеребец. А следом за ним, отмечая свой путь пенными полосами кильватерного следа, шли две другие лодки, постепенно расходясь веером.
Погода на калифорнийском побережье не радовала, по небу плыли облака, низкие, серые, и лишь изредка появлялись прорехи, а волны были, казалось, высотой с дом, прихотливо играя с лодкой. Низкий силуэт субмарины уже растаял позади, а берег маячил серой полосой на кромке, где небо смыкалось с поверхностью бурного океана.
