Разведывательный отряд, к которому разрешили присоединиться британцам, выдвинулся к городу через пятнадцать минут. Хмурый офицер с четырьмя звездочками на погонах и в полной экипировке указал репортерам на массивную четырехколесную машину. На ее крыше был установлен на турели крупнокалиберный пулемет.
— Залезайте внутрь и не высовывайтесь, пока я этого не разрешу! Это не экскурсия, нас наверняка ждут и уже готовы к встрече!
— Мы бывали в переделках и не станем обузой, — процедил сквозь зубы Хопкинс. Репортер переоделся в камуфляж русского образца, и какой-то солдат выдал ему тяжелый бронежилет с огромными надписями «Пресса» на спине и груди и глубокий шлем, весивший так много, что трудно было поворачивать голову.
— Послушайте, мистер, — русский капитан, настоящий великан ростом за два метра, косая сажень в плечах, навис над англичанином, — если на вас появится хотя бы царапина, с меня не погоны, голову снимут. Мне не нужны неприятности, так что вы будете сидеть в «Тигре» и не высовываться. Командование решило сделать нас няньками, и мне это не нравится, как не нравится, что мы суемся в полный партизан город без прикрытия и толковой разведки! Так что проблем у нас хватит и без вас. Если условия кажутся вам неприемлемыми, оставайтесь здесь, пока мы не выдвинулись!
— О, меня все устраивает! — усмехнулся Хопкинс, чувствовавший себя настоящим средневековым рыцарем в своем снаряжении.
Репортеры через широкий двустворчатый люк в заднем борту русской бронемашины забрались внутрь, оказавшись стиснуты со всех сторон тоннами брони. Уильям Бойз, забившись в дальний угол, бережно прижимал к груди компактную камеру. Рядом с ним на жесткое сиденье плюхнулся русский солдат, положивший на колени новенький пулемет «Печенег». Всего в десантном отсеке машины разместились пять полицейских в полной экипировке, обвешанных с ног до головы оружием, гранатами и запасными магазинами.
— Билли, думаешь, с таким эскортом у нас могут быть проблемы? — Хопкинс говорил почти на ухо своему оператору. Для них обоих происходящее было отнюдь не в новинку, и оба журналиста чувствовали волнение своих спутников.
— Думаю, да, Гарри.
Все заняли свои места. Командовавший отрядом капитан сел рядом с водителем, положив свой автомат, новый АК-74М с прикладом и цевьем из черного пластика и «подствольником» ГП-25, в специальное крепление над приборной панелью. Поднеся к губам рацию, он произнес:
— Поехали!
С лязгом захлопнулся люк, так что в машине сразу стало темно. Взревел мощный дизель «Камминз» В-205, укрытый под капотом «Тигра», и бронеавтомобиль, переваливаясь на широких зубчатых покрышках через ухабы, двинулся к городу, выруливая на какой-то проселок. Впереди, возглавив небольшую колонну, двигался бронетранспортер БТР-80, сзади шел еще один «Тигр», вооруженный гранатометом АГС-30. Связавшись со своими машинами, командир группы произнес:
— Дистанция пятнадцать! Всем держать скорость пятьдесят! По маршруту двадцать минут назад прошла «Пчела», была замечена подозрительная активность, так что смотреть в оба, оружие из рук не выпускать! Если попадем под обстрел, выжимайте полный газ и уходите от огня! Ни в коем случае не останавливаться!
— Если встанем, нам хана, — неожиданно прокомментировал приказ командира пулеметчик, невысокий плечистый парень с рыжей шевелюрой, как у чистокровного ирландца. Обратившись к Бойзу, он сообщил: — Броня «Тигра» держит пулю из СВД, но любой РПГ прошьет машину насквозь. А гранатометов у партизан полно!
— Тебя послушать, так лучше бы мы ехали туда на танке, парень, — кривовато усмехнулся Бойз, так же, как и его шеф, отлично понимавший по-русски.
— Видит Бог, англичанин, я бы этого очень хотел!
Разведгруппа миновала заваленный мусором пустырь, обрамленный рядами серых от грязи и дождя гаражей, затем по обе стороны дороги потянулись хлипкие заборы из дерева или колючей проволоки, скорее обозначавшие границы чьих-то владений, чем на самом деле призванный остановить незваных гостей.
За заборами были видны дачные домики, похожие на подросшие собачьи конуры из фанеры, выкрашенной в когда-то яркие, а теперь совершенно поблекшие цвета, от нежно-зеленого до канареечно-оранжевого. Вокруг торчали оплывшие гряды, соседствовавшие с кучами опавших листьев и каким-то мусором. Дачный поселок выглядел совершенно безлюдным, но кажущееся спокойствие не обмануло командира.
— Трофимов, к пулемету, — приказал капитан, обшаривавший пристальным взглядом правую обочину. — Верти башкой на триста шестьдесят градусов!
Солдат, встав со своего сидения, распахнул большой квадратный люк в крыше, взявшись за рукоятки мощного «Корда». Остальные бойцы тоже подобрались, раздался лязг затворов. Глядя на это, Уильям Бойз толкнул в плечо Хопкинса:
— Может, стоило остаться в лагере, Гарри? Что-то мне не спокойно!
— Иди к черту, — отмахнулся репортер, которого тоже одолевали нехорошие предчувствия.